Читаем Возвращение полностью

«Получается, – размышлял я, оставаясь в роли скорей пассивного наблюдателя, чем участника событий, – что Первый Щит не только в несколько крат усилился после пленения груана, но и перешёл на совершенно иной уровень врачевания, осознать который мне в данный момент невозможно. Правда, подобное чудо мне уже приходилось наблюдать, когда сотни груанов создали вокруг умирающей от гангрены Зоряны сияющий кокон и вернули женщину с того света. Кажется, там тоже прослеживались подобные сгустки, преобразующие загнившую ткань в здоровую, полноценную плоть. Но тогда вожделенных ракушек было невероятно много, а во мне всего одна, да несколько штук на поясе… Исходя из этого можно утверждать теперь уже более уверенно, что мой Первый окончательно трансформировался в Третий Щит. Иного объяснения отыскать не удастся, исцеление слишком уж крупномасштабное ведётся… Ага! А что там с моим другом творится? Вроде как шевелится…»

В самом деле, застонавший когуяр не только пошевелился, но и звуки подал, в виде стонов и некоего бормотания ругательного толка. Поэтому пришлось ползти к нему на левом боку, помогая себе левой рукой и надеясь, что срощенные ребра не пострадают при резких движениях. А добравшись до Хруста, приступил к его тщательному обследованию, сразу же сращивая наиболее раскрытые, кровоточащие раны.

Как ни странно, местный абориген получил всего два, можно сказать незначительных перелома. А вот внешность его пострадала кардинально: во многих местах шерсть оказалась сорвана. Из восьми усов осталась лишь половинка одного, ну и начисто оказалось оторвано правое ухо. Уж не знаю, как орган слуха так угораздило приложить и каким образом отрезало, но отныне непропорциональная морда когуяра смотрелась на удивление страшной, если не сказать зверской. Он-то себя со стороны не видел, но когда я ему описал внешние потери, мой боевой товарищ чуть не заплакал. Мне ничего лучше не придумалось, как утешать шуткой сомнительного свойства. И сожалеть, что во время погони мы не догадались надеть шлемы.

Когда первая помощь была оказана, я даже осмелился на эту тему утверждать:

– А что… ты без уха – лихо смотришься! Ещё бы повязку на глаз, костыль в лапы – и вылитый кот Базилио! Был у нас такой герой… Тогда тебя точно все кардиналы испугаются и бросятся врассыпную только от одного вида.

– Да? – поразился когуяр. – Ещё и глаза лишиться? – шутка не оказалась оценена должным образом, раненый загрустил ещё больше. – Если уж сволочи кардиналы испугаются, то наши девушки тем более в мою сторону даже не посмотрят… У нас увечные воины никогда семей не имеют…

Подобная постановка вопроса меня несколько смутила, так что я не отыскал ничего лучшего, как с оптимизмом заверить:

– Нашёл о чём печалиться! Новое ухо отрастим! А не получится, так ты в шлеме наездника в любом случае самым желанным кандидатом в женихи станешь. Ха-ха! С нами не пропадёшь! Мм… в смысле, со мной… А как ты себя вообще чувствуешь?

– Паршиво… Такое ощущение, словно тервель пожевал и выплюнул…

– Но сидеть-то сможешь?

– Зачем? – поразился Хруст. – Я и лёжа умереть могу.

– Да, кажется, со стороны замка к нам делегация любопытных продвигается, – сообщил я новость, поглядывая в центр каверны. – Ведьма и десяток рыцарей вместе с ней тронулись по нашим следам, желают выяснить, что здесь так сильно взорвалось… Так что пора нам сматываться…

Раненый страдальчески поморщился:

– А может, у них в замке отлежимся? Хотя бы денёк?

– Не получится, – вздохнул я, мысленно подзывая к себе находящегося недалеко и нисколько не пострадавшего серпанса. – Наши волноваться будут, да и нельзя у посторонних на постой останавливаться, когда собственная обитель не так далеко расположена. Не доверяю я им, вдруг ещё какие-нибудь предатели или шпионы в той толпе затесались? Так что давай… пробуй заползти на Росинанта. А я кое-какие наши вещички соберу.

Чем и занялся, опираясь на подобранное копьё из нашего арсенала. С ногой обращался осторожно, словно она была слеплена из воска, хотя внутренняя интуиция подсказывала действовать более свободно. Но слишком уж запоминающейся оказалась картинка того, что творилось у меня в коленном суставе ещё совсем недавно, поэтому я не рисковал.

Удалось собрать всё, что осталось в целости и приличном состоянии, набрать для себя одеял и всё это пристроить на место багажа. Потом ещё и Хруста усадить в нужную позу, словно ребёнка.

Осматривать то, что осталось на месте лифта, я не стал. Хотя, будь я в нормальном состоянии, обязательно бы полюбопытствовал, что там теперь просматривается из структур в открытом, развороченном зеве и что там осталось от шпионивших на Дне Светозарных.

«Хотя… что там от них могло остаться, кроме мокрого места? – размышлял я, поднимая серпанса и малым ходом отправляя его по дуге к выходу из каверны. – После такого эрги’са никакие силы, умения и способности не спасут. Вот если бы Шляпник действовал иначе, вся итоговая картина могла бы измениться в иную сторону. А так парочка шпиков поспешила… явно поспешила!..»