Читаем Возрождение во тьме (СИ) полностью

- Завтракать будешь?

- Воздержусь, - коротко ответил я. – Что тебе нужно?

- Сразу к делу? Одобряю. У меня есть к тебе предложение. Но позволь начать немного издалека. Я, как ты уже догадался, вампир. Но, к большому моему сожалению, я не просто вампир. Я Перворожденный. То есть бессмертный. Абсолютно. Меня нельзя убить. Да что там! Меня даже ранить толком нельзя. Все мгновенно заживает. Всего по всему миру тринадцать Перворожденных. Впрочем, последний раз я виделся с кем-то из них больше пятисот лет назад. У каждого своя территория, а путешествуем мы редко.

- Это все конечно очень интересно, - прервал его я, - но зачем тебе я-то?

- Я хочу умереть, - коротко ответил блондин, глядя на меня серьезными глазами.

Присмотревшись, я вздрогнул. В его глазах была усталость. Нет, не так. УСТАЛОСТЬ. Он устал жить и мечтал о покое.

- Перворожденный не может умереть, пока не передаст свое проклятье, - объяснил Дэймос.

- Мне, - утвердительно произнес я. – Почему я?

- Ты сильнейший маг в Англии со времен Мерлина. Да и в остальном мире мало кто сравнится с тобой. Тебе просто не хватает знаний. Я могу дать их тебе. Получив мою силу, ты получишь и знания. Все те заклинания, чары, зелья и ритуалы, что накопил я за тысячу лет жизни, плюс знания двух моих предшественников. Ни Дамблдор, ни Волдеморт больше не будут представлять для тебя угрозу. К тому же мировосприятие у вампиров довольно сильно отличается от человеческого. Чувства и эмоции притупятся. Разбитое сердце быстро придет в норму. По опыту своего предшественника говорю. Он тоже согласился на проклятье, чтобы забыть.

- У меня есть время подумать?

- Естественно, - удивился вампир. – Я живу на свете века. Пару дней я и не замечу. Походи по замку, осмотрись. Здесь хорошая библиотека. Замок, кстати, тоже достанется тебе. Как и все мое состояние. По наследству, скажем так.

Следующую неделю я был практически предоставлен сам себе. Нет, мы регулярно пересекались с Дэймосом, часто разговаривали ни о чем. Он оказался удивительно интересным собеседником, остроумным, чуть ехидным. Вампир сразу же объяснил мне, что пока я в замке, Дамблдор не сможет меня найти. Поэтому я мог спокойно думать, не волнуясь, что директор может мне помешать. Впрочем, в глубине души я прекрасно понимал, что уже принял решение. Осталось только осознать его. Наконец, на седьмой день моего пребывания в вампирском замке я отправился к его хозяину. Тот нашелся в конюшне. Дэймос просто обожал лошадей.

- Я согласен, - коротко произнес я.

***

Обряд решили проводить через три дня. Как раз должно было быть полнолуние, пик силы для темных существ. Потом, как я понял из рассказа Дэйма, я три месяца проваляюсь в своеобразной коме. Организм будет перестраиваться, принимая новую силу и знания. Проснусь я к Новому году уже полностью вампиром, умея себя контролировать. Как сказал Дэймос, привыкать мне не придется. Все навыки будут вбиты в подсознание и применяться автоматически на уровне рефлексов. Блэкхарт пообещал, что останется рядом до самого моего пробуждения и только потом, убедившись, что все прошло, как надо, уйдет.

Наконец, настал день изменения. За всеми приготовлениями я благополучно забыл и о Драко, и о своих друзьях, и о магическом мире вообще. За час до полуночи мы с вампиром поднялись на площадку самой высокой башни. Она была открыта всем ветрам, и луна беспрепятственно освещала замысловатую пентаграмму. Поежившись от прохладного ветра, я принялся раздеваться. Сбросив одежду, улегся в центре начерченного мелом и кровью рисунка. Дэймос в это время деловито выкладывал на маленький столик чашу, кинжал и десяток зелий на всякий случай.

- Готов? – спросил он меня.

Я страдальчески скривился, но кивнул. Процедура та еще. Вампир взял кинжал и принялся за работу. Примерно через час мой торс покрывали тонкие порезы, складывающиеся в надписи давно забытого языка. Мне стоило большого труда не начать смеяться, видя, как Дэймос трудится, высунув от усердия кончик языка. В следующую секунду я зашипел от боли, когда вампир вылил на раны какой-то едкое зелье. Отойдя в сторону, он взялся за чашу. Разрезав себе запястье, Дэйм до самых краев наполнил ее своей кровью. А потом старательно размазал ее по всем моим порезам, что-то при этом бормоча. Я не понимал ни слова, слишком древним был язык. С каждым словом я все глубже и глубже погружался в транс. Наконец, перед глазами окончательно потемнело.

***

Дэймос с трудом закончил ритуал. Для вампира действо тоже было весьма болезненным. Но уже сейчас он чувствовал пустоту где-то глубоко внутри. Проклятье перешло к новому носителю. А он свободен. СВОБОДЕН!