Вечера принадлежали ей, и вместо посещения двух кинотеатров в Сильтбури, она предпочитала бродить по окрестностям. Имение оказалось довольно обширным. На юг от дома оно тянулось на полмили. Восточную границу составляли скалы, вдоль которых была построена стена из булыжника, так как скалы обрывались отвесно на низлежащий утес. В одном месте был небольшой обвал, увлекший за собой и часть стены, и отверстие закрыли временным деревянным забором. На юго-запад от дома, на расстоянии около ста ярдов, находилась густая поросль рододендронов, и Маргарита по маленькой извилистой тропинке проникала в самую середину рощицы. Там она однажды наткнулась на старинный колодец. Каменные стенки колодца были разрушены, отверстие же было прикрыто досками. Однажды, выходя из кустарника, она встретилась с Ольгой Крю. Так как Маргарита никогда не говорила ни с пастором, ни с полковником, она избегала и Ольгу Крю, впрочем, как та ее. И теперь она хотела уклониться от встречи, но молодая девушка направилась прямо к ней.

— Вы — новая секретарша, не правда ли?

— Да, я — мисс Бельман. Молодая девушка кивнула головой.

— Мое имя вы знаете, я полагаю? Не будет ли вам здесь отчаянно скучно?

— Не думаю, — улыбнулась Маргарита. — Это очаровательный уголок.

— Знаете, как раньше называли этот дом, мисс Бельман?..

— Дом Слез!

— Почему?

— Существует какое-то предание… В старину местные жители недаром, видно, нарекли его таким именем… Вы, верно, видели подземные тюрьмы?

— Разве они существуют? — удивленно спросила Маргарита.

— Если бы вы видели эти тюрьмы, тяжелые цепи и кольца в стенах, следы голых ног на стертых плитах — вы бы поняли, откуда взялось это имя. Вы должны с кем-нибудь отправиться и осмотреть это место. Оно все изрыто пещерами. Одна из них, выходящая к морю, идет под самой темницей и когда прилив особенно высок, ее заливает водой.

— Здесь, должно быть, вход? — заметила Маргарита, показывая на водоворот.

— В прилив вы бы этого не заметили, — ответила Ольга.

Осмотрев находящееся поблизости место для купания, девушки направились в сторону дома.

— Я на вашем месте не рассказывала бы слишком много мистеру Даверу. Предоставьте говорить ему, — неожиданно заметила Ольга.

— Что вы этим хотите сказать? — спросила Маргарита, но в это мгновенье Ольга, не говоря ни слова, оставила ее и подошла к полковнику, который поджидал их с сигаретой во рту.

Дом Слез!

Маргарита вспомнила об этом названии, раздеваясь на ночь, и, несмотря на все самообладание, предчувствие чего-то недоброго охватило ее.

4

Полицейский, стоявший на углу Беннет-Стрит и Гайд-Лен, царствовал здесь один. Было около трех часов пополуночи. Все доброе и злое спало — за исключением мистера Ридера, блюстителя закона и грозы преступников. Полицейский Дайер посмотрел на желтый свет в окне и добродушно улыбнулся. Ночь была так тиха, что, услышав шум отворяемой двери, он обернулся, думая, что это в доме за ним. Но эта дверь оставалась закрытой. Однако через пять домов он увидел на верхней ступени крыльца полуодетую женскую фигуру.

— Полицейский! — ее голос дрожал, но был настойчив.

— Что-нибудь не в порядке, мисс?

— Я не знаю… Я одна в доме и мне послышалось что-то…

По-видимому, она была очень испугана.

— Разве в доме нет слуг?

— Нет. Я только сегодня ночью вернулась из Парижа и я боюсь, что слуги забыли число, когда я должна была вернуться. Я — миссис Гранвиль Форнез.

Полицейский вспомнил это имя, как будто он когда-то его слышал; оно звучало громко, как имя высокопоставленной особы. Беннет-Стрит была местом, где «такие» люди и живут.

Полицейский пристально всматривался в темную переднюю.

— Если вы зажжете свет, мадам, я посмотрю, в чем дело.

Она покачала головой. Он чувствовал, как она дрожит.

— Электричество не в порядке, и это меня… так испугало. Когда я в час ночи ложилась спать, освещение еще функционировало. Что-то меня разбудило… я не знаю, что это было… Я видела… темную тень, как будто кто-то крался вдоль стены и вдруг сразу исчез… и дверь моей комнаты была открыта настежь, а я, ложась спать, заперла ее на ключ.

Полицейский широко распахнул дверь и осветил своей лампой коридор. У стены стоял маленький столик и на нем телефон. Он вошел и взял трубку. Аппарат не действовал.

— И это…

Вдруг он замолчал и стал прислушиваться. Где-то над собой он услышал слабый, но сдерживаемый шум — треск шаткого пола. Миссис Форнез стояла еще в дверях и он вернулся к ней.

— Я должен откуда-нибудь позвонить. Не смогли бы вы куда-нибудь уйти… к знакомым?

— Нет, — сказала она решительно, и добавила: — не живет ли там напротив мистер Ридер? Мне кто-то рассказывал…

В доме на противоположной стороне улицы горел огонь. Мистер Дайер неуверенно посмотрел на освещенное окно. Всем было известно, что там находилась квартира человека, занимавшего видный пост в полиции.

Полицейский помедлил. Обращение к высокому начальству его не вдохновляло, но… Он отыскал в кармане мелкую монетку, перешел через улицу и бросил полпенни в окно, — дама осталась на пороге своего дома. Через секунду окно открылось.

— Извините, мистер Ридер, могу я с вами поговорить?