Читаем Воздушные дуэли полностью

Развертывание союзнических войск на позициях вдоль рек Маас и Диль, происходившее вечером 11 мая, прикрывалось с воздуха шестнадцатью эскадрильями «Харрикейнов» и тремя эскадрильями французских истребителей. С этой довольно крупной воздушной группировкой противника первыми примерно в 17.30 столкнулись летчики III./JG26.

Немцы практически в полном составе атаковали французских «Хоков» из GC 1/4, прикрывавшей колонну своих войск на дороге Антверпен – Бреда. В 15-минутном бою мессеры без потерь сбили 5 французских машин. На сей раз отличились фельдфебель Бернард Эберц, обер-лейтенант Георг Байер, майор Эрнст Хельмут фон Берг и известный в будущем ас лейтенант Йоахим Мюнхенберг.

Для JG51 боевая работа 11 мая началась только во второй половине дня. С рассвета над аэродромами базирования был туман и низкая облачность. В этот день первую свою победу во Второй мировой войне одержал командир эскадры оберст Теодор Остеркамп[109]. Его жертвой стал голландский двухфюзеляжный «Фоккер» G.la, который атаковал немецкую колонну на дороге Арнем – Амстердам. Остеркамп вспоминал: «Мой самолет легко пронзил слой облаков, лежавших внизу. Видимость была нулевой. Повинуясь шестому чувству, я посмотрел налево вниз и увидел, как там что-то мелькнуло и исчезло, затем снова появилось на секунду. Я слегка перекрыл дроссель и снизился. Теперь я шел почти над самой землей. На фоне неба я отчетливо разглядел его. Я летел, едва не задевая крылом верхушки деревьев. Самолет противника находился прямо передо мной в какой-то тысяче метров. Дьявольщина! Он шел на полной скорости. Я до отказа открыл дроссель – и за ним. Очевидно, он меня не видел и шел себе по прямой на высоте метров двести. Я постепенно сокращал дистанцию. От волнения меня прошиб пот, да так, что конденсат выпал на стеклах моих солнцезащитных очков.

Теперь я ясно видел силуэт двухмоторного голландского самолета. Мой самолет находился сзади и чуть ниже. Я слегка задрал нос моего истребителя, и голландец заполнил все поле зрения моего прицела. Я нажал все четыре гашетки. Какое-то время я видел только куски обшивки, отлетающие от самолета. Голландец завалился назад и рухнул вниз как комета. Mein Gott! Сбитый самолет пролетел так близко, что опалил огнем мой истребитель. Я сделал круг. У живой изгороди возле дороги валялась куча обломков, более мелкие части разлетелись во все стороны – там валялось шасси, там двигатель, там куски крыльев и фюзеляжа. Мне вспомнился случай, произошедший со мной на прошлой войне. Однажды я, вернувшись на базу, насчитал 68 пробоин в обшивке моего аэроплана. Тогда я поставил на каждую пробоину заплату из брезента, обвел их кружком и поставил у каждого дату. И все. А этот самолет рухнул вниз из-за одного попадания. Мы стреляли из пушек по воробьям!»