Читаем Восточный проект полностью

— Вот и пусть поболтают. А мы пока не станем обсуждать эту тему, понимаете? Вы в курсе и — достаточно. А остальные пусть думают что хотят. Кстати, как вам полковник Крайнев? Горбенко-то я давно знаю и думаю, что за то время, что мы не виделись, он вряд ли изменился, так?

Симагин как-то неопределенно пожал плечами и неохотно ответил:

— Горбенко — по-прежнему монумент самому себе… А Крайнев? Он мой коллега… В смысле — в оперативно-следственной бригаде. Честно говоря, большой помощи от него не ощущаю. Но утверждают, что опытный работник… — Симагин явно не хотел обсуждать достоинства и недостатки начальника краевого угрозыска.

— Кто утверждает, если не секрет? — не отставал Грязнов.

— Видимо, те, кто его хорошо знают.

— А откуда ж тогда такие проколы с расследованием, если он грамотный сыскарь? Я частично информирован. Но именно частично и рассчитываю теперь на вас в первую очередь. Поскольку слышал достойные отзывы.

Грязнов сознательно польстил, с генеральской прямолинейностью преувеличив ту характеристику, которую выдал ему в телефонном разговоре Грач. Надо ж было вербовать на свою сторону стоящие кадры! И подполковник снова засмущался, будто услышал в свой адрес бог весть какую похвалу.

— Ясно, закрыли тему. Слушайте, а может, нам все-таки не ставить себя в зависимость от высокого местного руководства? Может, лучше отправиться в ваш «Хилтон» и поселиться себе спокойненько в четырех нормальных номерах? Без всякой помпы. И кстати, надо иметь в виду, что скоро к нам могут прилететь еще, как минимум, двое, а то и больше, членов бригады. Это я заранее говорю, на тот случай, если у вас туго с гостиницами.

— Оно не то чтобы туго, но… время сейчас такое, приезжих очень много. С Кавказа, из Средней Азии. Крутой народ. А Сибирь наша — необъятное поле для освоения. Как вороний базар, — недовольно сказал подполковник. — Но сделаем, если вы настаиваете… А может, все-таки в эти люксы? Вы с товарищем — в один, женщины — в другой?

— Ладно, сейчас решим. — Грязнов с Симагиным подошли к беседующим Турецкому и Крайневу. — Саня, ты не против, если мы с тобой будем жить в одном номере?

— Если обещаешь не храпеть, — живо отозвался Турецкий. — Конечно, о чем речь!

У Крайнева от удивления брови поднялись уголками. Он не понимал, как прибывшие собираются поступить со своими женщинами. Но он тут же успокоился, сообразив, что все эти разговоры — наверняка обычные генеральские шуточки, типа московские приколы.

— Заметано, — сказал Грязнов Симагину. — Значит, забираем сумки и едем в «Енисей». Девчата, — обернулся он к Гале с Настей, — идите сюда, поехали.

Мужчины отправились в «Волге» Симагина, а женщин с удовольствием пригласил в свою машину Крайнев. Он не слышал разговора Грязнова с Симагиным и был по-прежнему уверен, что в первом своем впечатлении не ошибся. И теперь так и увивался вокруг них, словно носом почуял, что именно они и являются, по извечному принципу установления приоритетов, теми самыми ночными кукушками, от кукования которых и зависит окончательное решение любых вопросов. Женщины были невероятно ему симпатичны, и полковнику даже в голову не пришло бы, что они каким-то боком могут быть связаны с той работой, ради которой прилетели сюда представители Генеральной прокуратуры и МВД. А так — понятное и, в общем, естественное дело: надо же уметь не только «пахать», но и вовремя расслабляться. Крайневу теперь было что доложить и Митрофанову, и Смурову, и всем остальным, кто ждал информации о встрече в аэропорту.

А Галя с Настей, успевшие близко познакомиться во время полета, заметив реакцию встречающих на их появление, а также своего начальства, все тут же просекли и решили пока никого ни в чем не переубеждать. Некоторые заблуждения коллег иногда бывают очень на пользу делу, если ты хочешь, чтоб тебе не мешали.

Во время поездки — аэропорт «Надеждино» находился примерно в тридцати километрах от города — Грязнов не преминул поинтересоваться у Симагина, как движется расследование. А узнав, что именно подполковник и был тем человеком, который первым узнал о взрывах в тайге, сразу вцепился в него и попросил прямо сегодня, как поселятся в номере, самым подробным образом проинформировать его с Турецким. По возможности не упуская даже мелких деталей. Дело в том, объяснил он, что в Москву поступает информация, на его взгляд, крайне противоречивая и, более того, наверняка умело дозированная.

— Да, — хмурясь, подтвердил Симагин, — сведения очень противоречивые, это я тоже заметил. Хотя лично я уверен, что ошибкой пилотов во всем этом темном деле и близко не пахнет.

— Вот как! — с удовлетворением отреагировал Турецкий. — А какого же, простите, черта вы информируете Москву, что вам все тут предельно ясно и виноваты именно пилоты?