Читаем Восстание (ЛП) полностью

Макрон поднял свой меч, держа острие вверх и прикрывая свое тело изогнутым прямоугольным щитом, пока его мысли метались. «Дисов хрен, он быстр для человека своего телосложения и возраста…» Затем он заметил трещину, окаймленную мелкими осколками, на внутренней стороне своего щита, и осознал, что такой удар может повредить руку. Ни щит, ни его рука не выдержат еще многих атак, подобных первой. Он должен постараться не дать ицену места для атаки. Он снова ударил плоскостью клинка по металлической обшивке и двинулся к своему противнику, который стоял не более чем в трех метрах от края кольца воинов, образующих кордон.

На лице Белломага мелькнуло удивление, когда он заметил безрассудство своего римского врага, а затем развернул к нему щит и поднял меч, готовый нанести удар. Макрон двинулся вперед, прежде чем ицен успел снова наброситься на него, и нанес серию ударов своим более тяжелым щитом, перемежающихся несколькими уколами и ударами меча, отбросив врага на несколько шагов назад. Белломаг отпрыгнул в сторону и освободил пространство между ними, прежде чем снова оказаться лицом к лицу со своим противником. Макрон еще раз удивился, как такой крупный человек может так ловко передвигаться.

Усилия, приложенные к атаке, заставили Макрона глубоко дышать, кровь застучала в ушах. Его противник, казалось, почти не пострадал, и его дыхание оставалось легким, хотя с его лица исчез любой намек на высокомерное веселье. Он пристально посмотрел на римлянина и коротко кивнул в знак уважения. Со своей стороны, Макрон понимал, что ему нужно беречь силы. Щит легионера был намного тяжелее, чем у его противника, и, хотя он обеспечивал большую защиту, он был более громоздким и предназначался больше для группового боя, чем для индивидуального боя. Если он не сможет подобраться достаточно близко, чтобы ударить им Белломага, ему будет лучше занять более оборонительную позицию. Позволить ицену атаковать и тратить свою энергию в надежде, что он утомится настолько, что допустит ошибку.

Белломаг, должно быть, думал в том же духе. Он развел руки в стороны, обнажив свою обширную татуированную грудь, и крикнул Макрону вызов, приглашая его нанести удар. Римлянин стоял на месте и не ответил. Защитник Боудикки презрительно фыркнул и крикнул через плечо.

- Римская собака дерётся, как щенок! Игривые выпады, его утомляют!

Раздался смех, а затем его сторонники в толпе снова начали выкрикивать его имя. Макрон не обратил на них внимания, сосредоточив взгляд на Белломаге. Ицен опустил свой щит и меч и выпрямился в расслабленной позе, затем поднял руки и начал еще один круг, чтобы ободрить своих людей. Когда он подошел к Макрону боком, у римлянина возникло искушение броситься и нанести удар, но он понял, что именно этого и хотел его противник. Чтобы проверить это предположение, он сделал ложный маневр щитом, и Белломаг тут же подскочил, готовый встретиться с ним лицом к лицу. Его реакция была безупречной, признал Макрон, более чем когда-либо осознавая, насколько односторонним было это состязание.

Осторожно отступив на несколько шагов, он опустил щит и повторил свою предыдущую имитацию ицена, вызвав еще больший смех и несколько прерывистых выкриков своего имени. Выражение лица Белломага потемнело, и он напрягся, пригнувшись так, чтобы быть готовым снова атаковать или разобраться с Макроном, если он попытается сделать то же самое. Но он обнаружил свою слабость; гордость, не терпящая насмешек.

Макрон крикнул на ломаном иценском языке:

- Эта дворняга дерется как трус! Бежит от боя! Храбрый только на словах!

С возмущенным ревом Белломаг рванул вперед, отбросив руку с мечом назад, чтобы нанести мощный удар. Макрон поднял свой щит как раз вовремя, чтобы заблокировать удар, направленный ему в голову, и острие длинного меча разбило обшивку вверху и раскололо многослойное дерево внизу, осыпав его осколками. Он тут же повернул щит то в одну сторону, то в другую, пытаясь вырвать меч из хватки противника. В то же время ицен отчаянно пытался удержать свое оружие, пытаясь вырвать его. Яростно работая им вверх и вниз, ему в конце концов удалось вырвать клинок, оставив неровную дыру глубиной пятнадцать сантиметров в верхней части щита.