Читаем Воссоединение полностью

— Сидите на орбите и не высовывайтесь, пока я не дам знать! — учил я лейтенанта Стронского, оставляя его командовать рейдером на время своего отсутствия. — Я поселюсь в квартире доктора Риггса и буду ждать вербовщиков. Когда меня переправят на изоморфер, вы должны быть неподалеку и ждать от меня вестей. Здесь вы мне нужны на случай раскрытия замысла и бегства с планеты. Но мы просто обязаны все сделать правильно. Постарайтесь подлететь к изоморферу поближе. Бежать с него мне придется очень быстро. Не хватало вас ждать, болтаясь где-то в пространстве.

Малек уверил, что задание много раз виртуально обыгрывали на симуляторах, и каждому известна его роль в этой операции.

Люди из «Возрождения Терры» убили доктора Риггса, а труп растворили в ванне с кислотой.

Я не сожалел о его скоропостижной кончине. Если в слухах о его деяниях была хоть доля истины, мир избавился от монстра, создавшего основы массового геноцида с помощью газово-бактериологических танкеров и массоперегонщиков. Действие этих жутких вещей я наблюдал воочию на Гозоре IV.

В ожидании вербовщиков я часами просиживал на веранде, откуда открывался великолепный вид на скалистые горы одного из самых диких заповедников на континенте. Почти всю остальную часть планеты покрывал панцирь городов и автоматических заводов, которые неуклонно наползали на полярную зону.

Я сидел и вспоминал о прошлом. В этом районе планеты я провел годы отрочества и юности, работая на ферме старшего брата. Он заменил мне отца, после того как наши родители погибли в катастрофе. Прошло много лет после смерти брата. Вспышка неизлечимой на тот момент лихорадки Ван Диена — которую завезли вернувшиеся домой с умирающего Хольда колонисты — унесла многие жизни. Тогда города напоминали братские могилы. Ужас царил всюду, мертвые тела лежали, насколько хватало взгляда. Словами этот ужас не передать… Даже и не знаю, как я сам выжил — опять пресловутая фортуна помогла. Правительство запретило людям покидать жилье, пока на планете не пройдет дезинфекция.

В восемнадцать лет я остался один, и по совету дальнего родственника продал ферму, перешедшую мне по наследству. На вырученные деньги купил себе уютную квартирку в Северо-Западном Мегаполисе. Поступил учиться в Имперский астрофизический университет, на факультет ксенологии и внеземных лучевых технологий; Потом романтическая встреча с Валенсией, первый призыв на службу в ряды Имперских операторов-наблюдателей за дальним космосом. Потом женитьба и рождение дочери Иори. Снова призыв в армию, на этот раз на должность командира расчета противокосмических пусковых комплексов ЗПУ На третьем призыве меня настигла весть о начавшейся Галактической войне и моем переводе в легион. После этого моя жизнь полетела кувырком. Я перестал ощущать себя дома где бы то ни было. Я утратил настоящий дом в тот момент, когда ушел на войну.

Теперешняя миссия стала новым смыслом жизни. Я был вымотан как никогда и, наверное, легко смог бы целый год лежать в кровати и отсыпаться за все бессонные ночи в грязных окопах под градом убийственных снарядов. Все, что я приобрел за это время — умение убивать и больше ничего. Но мысли о свободной от диктата Вселенной и обретении мира отчасти грели мне душу.

По тропинке к веранде приближалась миловидная девушка. Она только что обогнула апельсиновую рощу, за которой ее высадил черный аэрокар.

— Простите… Вы доктор Роберт Риггс? Я Мэри Стивене, курьер министерства… — дружелюбно начала невысокая блондинка.

Я с нетерпением ждал ее прихода. Дальше начиналась моя игра, от которой зависел успех.

— Чем могу быть полезен, Мэри, курьер министерства? — проворчал я.

Риггс отличался скверным нравом и по всем меркам был грубияном. Свою внешность я подогнал под его неряшливый вид и отпустил такую же длинную бороду с помощью спецсредств, ускоряющих рост волос. Ради похожести пришлось даже побрить голову наголо. Зато теперь, в замусоленном фиолетовом халате доктора, если в меня не вглядываться, я был его копией. Половину правой щеки пришлось слегка ожечь кислотой, копируя химические ожоги Риггса, который тот получил в Академии. Сукин сын жутко гордился своей травмой. Мне же теперь приходилось копировать его во всем, позабыв о недовольстве. Одно меня утешало: Риггс в конце концов получил то, чем так гордился, — кислотную ванну.

Блондинка, не моргнув и глазом, протянула Имперский бланк с гербовыми печатями, на которых стоял золотой вензель правящего дома.

— Заберите, — буркнул я, возвращая бланк, в котором министр по науке и новым технологиям призывал меня принять участие в важных государственных разработках. — Меня это не интересует. Передайте Мэррику, что я до сих пор зол на него за последнюю выходку с проектами боевого вируса. Сукин сын, даже не ознакомившись с бесценными наработками, выбросил их в мусорную корзину. Этого я ему не прощу.

Я постепенно заводил сам себя, веря в то, что я разгневан. Разузнать об этом случае с министром было нелегко и смертельно опасно для агента. Но риск того стоил.