Регент бросил через плечо мимолетный взгляд на Нимбуса, и тот улыбнулся в ответ, невинный, как младенец, и, к досаде Амилии, не преминул похлопать глазами. Впрочем, Сальдур не обратил на это внимания, напомнил Амилии, что не следует сажать герцога и герцогиню Рошель рядом с принцем Альбурна, и покинул кабинет.

— Жуть какая, — пробормотал Нимбус, когда они снова остались вдвоем. — Стоило вам разок заглянуть в башню, как наутро Сальдуру об этом уже известно!

Амилия, не в силах усидеть на месте, принялась вышагивать по крошечному кабинету, размеры которого позволяли ей сделать всего несколько шагов и тут же поворачивать обратно. Нимбус был прав. В этой башне творилось что-то странное, что-то, за чем пристально следил сам Сальдур. Сколько она ни гадала, какие версии ни старалась придумать, в сознании всплывало только одно имя: Деган Гонт.

Глава 19

ГАЛЕНТИ

В коридоре возле большой залы во Дворце Четырех Ветров повисла мертвая тишина. Небольшой отряд продолжал укрываться в нише. Теперь уже все матросы «Изумрудной бури» были вооружены мечами из авринской стали, отобранными у поверженных тенкинов. Напротив ниши выстроились воины-тенкины, нацелив на пленников арбалеты, остальные расступились, чтобы не преграждать дорогу стрелам. Отряд Адриана, державшийся вместе маленькой группой, был легкой мишенью.

Вперед вышел Эрандабон, но встал так, чтобы арбалетные стрелы в любую минуту могли быть пущены в цель.

— Эрандабон не сразу узнал тебя, Галенти! Много лет прошло, но ты не утратил своего мастерства, — сказал он, глядя на трупы тенкинских воинов. — Почему ты пришел с такими жалкими существами, Галенти? Зачем унижаешь себя? Это как если бы Эрандабон взялся ползти по земле со змеями или валяться в грязи со свиньями. Зачем ты это делаешь? Зачем?

— Я пришел повидаться с тобой, Гайл, — ответил Адриан.

По коридору разнеслись тревожные вздохи.

— Ха-ха! — рассмеялся военачальник. — Ты называешь меня калианским именем, а это преступление, которое карается смертью! Но я прощаю тебя, Галенти! Ибо ты не такой, как эти. — Он презрительно махнул рукой. — Ты в одном космосе с Эрандабоном. Ты звезда в небесах, сияющая почти столь же ярко, сколь Эрандабон. Ты мне брат, и я не стану убивать тебя. Ты должен пойти пировать со мной.

— А мои друзья?

Эрандабон помрачнел.

— Им нет места за столом Эрандабона. Это псы.

— Я не стану пировать с тобой, если с ними будут дурно обращаться!

Эрандабон нахмурился, безумно вращая глазами, затем сказал:

— Эрандабон велит запереть их — на сей раз для их же безопасности, для их же блага. Тогда ты станешь пировать с Эрандабоном?

— Стану.

Безумный военачальник хлопнул в ладоши, и тенкины осторожно выступили вперед.

Адриан кивнул. Ройс и остальные сложили оружие.

Балкон с видом на залив располагался на головокружительной высоте. Внизу в лунном свете отчетливо проступали очертания стоявших на якоре в гавани газельских и тенкинских кораблей, которым не было числа. На всех судах мерцали огоньки, легкий прохладный ветерок доносил далекие крики, долетавшие до крепости уже в виде шепота. Как и вся крепость, балкон был реликвией давно ушедших времен. Каменные поручни, возможно, некогда красивые, за много веков истерлись, сохранив лишь тусклое, слабое напоминание о былом виде. Их оплетали густые заросли плюща, усыпанного белыми цветами, словно скатерть, закрывающая полуразвалившийся стол. На полу кое-где проглядывала великолепная старинная мозаика, разбитая и потрескавшаяся, сплошь покрытая грязью. Вокруг балкона висело несколько масляных фонарей, которые, казалось, служили скорее для украшения, нежели для освещения. Каменный стол был заставлен угощением из дичи и фруктов и напитками.

— Садись! Садись и ешь! — сказал Эрандабон Адриану. Они были вдвоем, не считая нескольких тенкинских женщин и юношей, которые сновали туда-сюда, прислуживая им за столом. Эрандабон оторвал ногу большой жареной птицы и указал ею на залив. — Красивое зрелище, а, Галенти? Пять сотен кораблей, пятьдесят тысяч солдат, и всеми командует Эрандабон.

— Откуда столько? Во всем Калисе не наберется пятидесяти тысяч тенкинов, — ответил Адриан.

Он с подозрением посмотрел на стол, размышляя, нет ли среди угощения зажаренного эльфа, и на всякий случай решил ограничиться фруктами.

— Увы, нет, — печально сказал военачальник. — Эрандабону приходится довольствоваться газель. Они, словно муравьи, бегут из своих островных дыр. Эрандабон доверяет им не больше, чем доверял бы тигру, даже если бы вырастил его сам. Это дикие звери, но они нужны Эрандабону, чтобы достичь цели.

— И что это за цель?