Читаем Восхитительный полностью

— Я знаю. — Люк больше не мог слушать ее извинения. Это только напоминало ему о том, как он был неправ, и не могло, ни черта, помочь. Люк прижал руки к глазам, тыльной стороной. — Почему я ничему не научился с первого раза? Дик не только мой кузен, но и лучший друг. Я тоже скрывал от него правду. Это чуть не стоило нам дружбы. И я до сих пор, блять, ничему не научился. Я так хотел ее и этого ребенка... — Он вздохнул. — И где я только учился манерам.

— Ты думал, что она тебе лжет… о том, кто отец этого ребенка?

— О, да. И я жалею об этом. Но... черт возьми, минус на минус — не всегда плюс.

— Верно. — Кимбер вздохнула. — И что ты намерен делать? Я еще никогда не видела тебя таким несчастным.

— Осталось еще несколько вещей, способных привести меня в восторг, понимаешь? Я и помыслить не мог, что шоу, которое было моей мечтой год назад, сегодня станет моей реальностью. Это все, для чего я работал, ради чего я часами готовил одно и то же блюдо по десять раз на дню, меняя один единственный ингредиент, чтобы проверить, способен ли улучшить рецепт. Это одна из причин, почему я так гнул спину над собственным имиджем и откладывал наиболее удачные кулинарные книги. Я хотел получить эту возможность, чтобы поделиться с утонченными гурманами своей любовью к сложной южной кухне. (Прим.: имеется ввиду кухня Юга США)

— Я уверена, шоу будет замечательным. Твоя индивидуальность завоюет зрителей. Я просто знаю это.

Он пожал плечами:

— Может быть. Но все дело в том, что я не уверен, что меня это теперь волнует.

Кимбер сжала его ладони:

— Ты просто расстроен. Боже, если бы я только знала заранее, чем все обернется.

— Не вини себя в моем проступке. Если бы я не женился на ней, имея в запасе такой секрет, я бы не попал в эту ситуацию.

— Я знаю, тебе сейчас больно, но ведь остались еще на свете вещи, за которые стоит быть благодарным. Ты снова полюбишь свое шоу, когда эмоции поутихнут. У тебя есть семья и друзья, замечательный дом и огромный талант. И ты здоров.

Здоровье. Люк горько усмехнулся. Когда-то у него было больше, чем это.

— Доктор Кимджин позвонил мне сегодня утром.

В комнату вошел Дик и, встав позади своей жены, привычным движением положил ей на плечо руку:

— Это тот самый доктор, который проверял тебя на прошлой неделе в Лос-Анджелесе?

Люк кивнул. Слова врача все еще звучали в его ушах.

— И?

— По его словам, то, что Алисса от меня забеременела, на практике не является невозможным. Он сказал, что это маловероятно, а не невозможно в принципе. Очевидно, что за прошедшие девять лет, мое тело немного излечилось самостоятельно, и активность семени возросла, увеличив шансы на оплодотворение. Хотя он и был удивлен тем, что у нас получилось зачать ребенка без помощи специальных препаратов или хирургического вмешательства. Но подтвердил мои догадки, что ребенок, вероятнее всего, мой. В действительности я и сам уже в этом уверен.

— Это же круто, мужик! — отозвался Дик. — Просто ВАУ.

— Доктор Кимджин сказал, что, не доведя до меня информацию о том, что я могу излечиться, мой лечащий врач оказал мне медвежью услугу.

— И, если я правильно понимаю, он тебе ничего не сказал? — спросил кузен.

— Ни единого слова. Я чертовски жалею о том, что не проверялся у другого врача.

— Но теперь ты знаешь об этом. — Выражение лица Кимбер смягчилось. — Собираешься рассказать Алиссе?

Люк хмыкнул:

— Как? Она поменяла все замки и телефонные номера. Даже адрес своей электронной почты. Она не хочет со мной говорить, не то что уж видеться. Ее предали самым страшным образом в столь юном возрасте, и она пережила это, поэтому я не удивлен, что моя супруга не хочет иметь ничего общего с человеком, в котором видит предателя.

— Но ты любишь ее, — заспорила Кимбер.

Да, любит. Настолько, что осознает, что никогда не будет цельным без нее. Но его чувства ни черта не изменят.

И тут раздался звонок в дверь, Кимбер вскочила:

— Я открою.

Воспользовавшись ее отсутствием, Дик произнес:

— Мужик, ты должен все исправить. Иди к ней. Чем дольше ты держишься в стороне, тем проще ей убедить себя в том, что она была права и тебе на нее насрать.

Люк резко встал на ноги:

— Какого хрена ты хочешь, чтобы я сделал? Последний раз, когда я был там, мне пришлось практически преследовать Алиссу, чтобы увидеть ее. Я даже не смог поговорить с ней.

Дик почесал затылок:

— А ты пробовал отправлять ей цветы?

Принимая во внимание тот факт, что он послал девушке цветы с вежливой запиской, после первой ночи, которую он провел с ней, предполагая разделить ее с Диком?

— Она воспримет это, как «прощальный поцелуй», а не как романтический жест. Кроме того, я объяснился ей в любви. И я уверен, что она сомневается в ней также же сильно, как в том, что я хочу ее больше, чем ребенка.

— Ты сделал что? — брови Дика взмыли вверх, без слов выражая его шок.

Люк кивнул без колебаний: