Читаем Восхищение полностью

После этого они обменялись парой реплик, Олаф угостил Абу преподнесенным комплиментом от шеф-повара, а именно, вырезкой редкой для их климата рыбы Рохт, которую селекционеры недавно внесли в Красную книгу исчезающих видов, что однако не помешало Абу Фахту стать потворником низменных пороков датского убийцы, а то что тот является таковым, у него не осталось ни капли сомнений. Как впрочем и у Кати, уплетающей уже второй десяток местных крендельков, вымоченных в сливках и поданных с огромным бокалом настоящего скандинавского морса.

– Скажите Олаф, могу ли я рассчитывать на поддержку в проектах по арабскому направлению?– чуть насытившись, решил Абу раскрыть свое истинное лицо, на что его собеседник только развел руки, давая понять, что пока таких проектов у него нет и проект “Пехт” является единственным стоящим активом его нового предприятия.– Мой друг из “Восточного партнерства” намекнул, что у вас предстоит грандиозный план по Ираку и будущим субсидиям в эту развивающуюся страну.– вспоминая всех жертв трагедии, перенесенные им и его другом Дмитрием, пошел в атаку на датского бизнесмена арабский атташе, что заставило занять выжидательную позицию Кати Пертовой.

– Да, вы правы,– ничуть не смутившись, поддержал позицию Абужила Олаф,– но вы наверное также в курсе того, что последнее время данную организацию преследует “злой рок”, вынудивший их отдать моей компании контроль над встречей с королем Ирака, к которой я не был готов заранее и для меня такая возможность является таким же сюрпризом, как и для моих партнеров.– нагло врал Олаф в лицо арабского подданного, твердо сжимающего в своей руке вилку с нанизанным на нее кусочком рохта.

– Тогда только проект Пехт,– искренне рассмеялся Абужил своему промаху, заставляя поддаться настроению и обычно выдержанному Олафу.

Партнеры закончили свой разговор на мажорной ноте, обменявшись реквизитами организаций и людей, что будут отвечать за будущее по договоренности о сотрудничестве, оставляя место под последующую встречу для обсуждения участия Абужила Фата на приеме с признанным лидером Ирака, шейхом Бадитом. Не успела машина компании Суми отъехать на несколько метров от ресторана, как из нее стали доноситься звуки напряженного диалога ее лидера с известным только Олафу Джозефом Картом, который должен был извещать того о новых обстоятельствах и людях, что привлекает к себе запланированное мероприятие. Личность его странного друга в считанные минуты была досконально проверена, ближайшее время новых “посиделок” в стилистике “польского партнерства” он не планировал. Абу Фахт и Кати были далеко от карающего инструмента датского миллиардера.

“Мы уже летаем” гласила яркая неоновая вывеска под сводами Королевского дворца. Ведомая своими ученицами и учениками, Симона Чуча в ярком костюме предводителя племени “Ярких пеликанов”, что променяли свою пустошь на красивое оперение и не менее чистый каток, выходили на лед с новой программой, которую их главный распорядитель улучшил буквально за день до основного гала-шоу.

Представление включало в себя танец “Гаитянских первоходок”, что по мере приближения к апофеозу шоу, превращались в нежных птиц, своими движениями приводящих поклонников в статный раш, способный поднять в воздух весь огромный состав шоу Симоны, которая поддаваясь всеобщему ликованию обнажала перед зрителями свой торс от мишуры перерождения, даря зрителям остатки перьев улетевших птиц.

К таковым Дмитрий Егоров себя не причислял, но с удовольствием наблюдал за действиями его нового контакта в деле покушения на жизнь. Проведя день за чтением досье на Симону, он не заметил как пролетело время. Перехватив по дороге к катку несколько местных деликатесов из рук торговцев фастфудом, он забыл созвониться с Лакруа, для уточнения возможного предела его действий, поэтому руки у него были развязаны. Пройдя по своему удостоверению в подтрибунное помещение, Дмитрий сразу сообразил, кто из представленных артистов “его птица”. Статная, с ярко выраженным возрастом, что запечатлели ее слегка просевшие ягодицы, женщина выгодно выделялась из всех представленных служительниц “пирочинного ножа”. Соприкоснувшись с ней взглядом, Дмитрий Егоров потерял дар речи, настолько выразительны были глаза, пространство которых он незамедлительно заполнил своим пропуском во вселенную больших связей.

– Чем могу помочь такому видному ценителю нашего искусства?– понимая, что ребята так же интересуются происходящими в мире событиями, спросила Симона у Деметре.

– Давайте отойдем,– тактично попросил Дмитрий, понимая что застал Симону не в самый подходящий момент.– Много времени это не займет, но разговор предстоит серьезный.

– Если серьезный, то позвольте привести себя в нормальный вид, а пока можете понаслаждаться нашим представлением с новой точки обзора.– обводя приготовившийся состав к выходу, предупредила женщина Дмитрия. На что тот утвердительно кивнул и отошел в сторону, не упуская процесс ее обновления из своего кругозора.