Читаем Восемнадцатый полностью

Длинные тонкие пальцы рыжей впились в затылок, почти царапают кожу, но это ничто по сравнению с волной паники и отчаяния, в которой захлебывается Дебора, и Вернон понимает, что не в силах сопротивляться, и проваливается в эту бездну вместе с ней. Она ненавидит себя за то, что она сейчас делает, но не вправе допустить, чтобы Арчибальд, смелый, светлый, так бесконечно ею любимый, кинулся спасать ее. “Он всё поймет. Надо только чтобы ты вернулась!” Вернон отвечает на ее истеричные поцелуи так бережно, как только возможно. Прижимает к себе, чтобы Сильвергейм не заметил, как она вздрагивает в беззвучных рыданиях. В уголке рта ― соленая капля ее слёз.

Вер закрывает глаза, чтобы не видеть отражения этой безысходности в глазах Арчи. Кажется, что мир рухнул для лидера спасателей. “Зачем ты привез ее, глупец?! Ты единственный во всей вселенной мог удержать ее на орбите!..”

Вернон слышит, как захлопывается дверь, как взлетает катер, но не может найти в себе силы открыть глаза. Деб замерла, крепко обняв и прижавшись всем телом. Это жуткое, невозможное ощущение единения. Почти в точности как в первый раз. Тогда, на Аделаире… Вер стиснул зубы, пытаясь прогнать чудовищное наваждение из прошлого.

Над горизонтом поднималась вторая луна, самая маленькая, Медная Гора. Это день плохо начался и плохо заканчивался. Двое стояли в беззвучном водопаде льющегося с небес света, связанные общей на двоих пустотой внутри.

* * *

Вудвейл, 2550-06-33 07:30

Робин подкинул на ладони капсулу с ровазином. Поймал. Сунул себе в карман.

– У этой штуки накопительный эффект, так что тебе пока хватит.

Вернон недоверчиво сощурил глаза.

– Что с остальными?

– Алия, Наум, Джамиль и Лера достигли оптимальной концентрации.

– Так, а почему про меня врешь?

– Не вру. Во-первых, комплекс Bear дает тебе мощную дополнительную защиту. Во-вторых, ещё пара доз, и твой иммунитет ополчится уже на препарат. В-третьих, достаточно вероятен сценарий, что нам придется куковать на Вудвейле года четыре до следующей экспедиции, а лаборатории для производства медикаментов у меня нет. Так что это твой вклад в благополучие выживших.

“А ещё я хочу, чтобы твои мозги были на месте во время операции”, ― прочитал Вернон в глазах друга. Кисло кивнул и вышел из медпункта.

* * *

Вудвейл, 2550-06-33 10:26

― Вот нифига себе! ― Мик, расположившийся на этот раз в штурманском кресле, удивленно присвистнул. ― Смотри, все стволы сломаны, лично мной, между прочим, держатся хорошо если на лоскуте коры, а вот тот, вон, глянь! Полностью же отломлен! И не то что не повяли, ведь топорщат же все ветки вверх, словно так и задумано! И как-будто даже подросли за ночь!

– Хм, и правда! Все концы светло-зеленые, свежеотросшие, ― Наум тоже с интересом разглядывал пушистые лапки, как будто бы тянущиеся к днищам пролетающих над ними машин.

Если вчера два катера наблюдали сверху, пока третий прокладывал дорогу, то сегодня следить за обстановкой остался только один корабль, с Филипом, Рене и Деборой на борту.

Сидящий за штурвалом Ямакава тоже был поражен открывавшейся картиной. Толстый и густой ковер леса состоял из стволов самой разной толщины и высоты. Некоторые из них были метра три в диаметре и поднимались откуда-то из бездонных глубин. Вернон сверился со сканерами и датчиком высоты. Если у долины и было дно, то значительно ниже, чем можно было бы ожидать, и это вызывало смутное беспокойство.

Сами деревья походили на кипарисы или туи: понять, где заканчивается древесина и начинается “хвоя” можно было только по цвету. Тут и там виднелись небольшие круглые шишечки: красноватые этого года, и темно-коричневые прошлого. На горизонтальных стволах толстым слоем рос мох, из которого в изобилии торчали грибы разных форм, цветов и размеров. “Если мы застрянем на планете, можно будет с ними поэкспериментировать,” ― отрешенно подумал Вернон. По ветвям и скалам сновала живность, в основном насекомые, причем порой очень крупные, в локоть длиной, и какие-то ящерицы. Все они старательно прятались и замирали при приближении катера. Воспоминание об агрессивной твари, которую лидер планетологов встретил в свой первый полет за пробами, только усилило чувство тревоги. “Эти животные встречались с чем-то таким же большим, как наши машины, и оно вряд ли было травоядным. Та серая зверюга, что мы несколько раз видели с воздуха?..”

Летевший впереди катер Якоба нырнул в тень, под нависающую скалу, и Ямакава сбросил скорость, чтобы сохранить связь и с авангардом, и с кружившим над ними наблюдателем. Деревья, отгороженные от живительного света двойной звезды несколькими метрами беспощадного гранита, росли здесь хуже и реже. В многоярусном буреломе, выглядевшем сплошным на солнечных участках, зияли темные провалы.

– Там глубоко. Радар показывает скалы где-то на тридцати метрах, но если посветить прожектором, то видно, что это не дно. Вчера мы не рискнули туда нырять без связи, ― пояснил Рик.