Читаем Ворон полностью

Неудача не сломила автора, и вторая попытка оказалась успешной. Джордж Хукер Колтон (George Hooker Colton), только что начавший выпускать “Америкен Ревью” (“The American Review”), не только приобрел (предположительно за 15 долларов!) стихотворение для второго номера своего журнала (1845, февр.), но и написал предисловие, к которому, как небезосновательно считается (этой точки зрения придерживается и Т.О. Мабботт), приложил руку сам По. Автор “Ворона” укрылся под псевдонимом “Quarles” (Куорлз), который должен был возбудить воспоминание о поэте конца XVI — первой половины XVII в. Фрэнсисе Куорлзе и его книге “Символы” (Francis Quarles, 1592-1644, “Emblems”, 1635), причем читателя мог озадачить и каламбурный эффект со словом “quarrel” (ссора, спор).

Однако стихотворение было перехвачено (с ведома По, конечно) Н.П. Уиллисом (N.P. Willis), который публикует его 29 января 1845 г. в нью-йоркской ежедневной газете “Ивнинг Миррор” (“The Evening Mirror”) со ссылкой на готовящуюся публикацию в “Америкен Ревью” (“The American Review”) (в то время такие “предварительные перепечатки” не были редкостью), под подлинным именем автора с предисловием, выдержанным в панегирическом тоне (“непревзойденное в английской поэзии” стихотворение “по тонкости замысла, искусству стихосложения, неизменному полету воображения и “зловещему очарованию”).144

С легкой руки Н.П. Уиллиса “Ворон” становится одним из самых популярных англоязычных стихотворений: 18 прижизненных публикаций в Нью-Йорке, Лондоне, Филадельфии, Ричмонде и других городах, еще 2 сразу после смерти поэта. Автор не прекращает работы над текстом, внося поправки — как мелкие, так и существенные. Обзор всех разночтений и вариантов приводится в книге, вышедшей под редакцией Т.О. Мабботта.145 Каноническим признан текст, опубликованный 25 сентября 1849 г. в ричмондском “Семи-Уикли Экзаминере” (“Richmond Semi-Weekly Examiner”). Это последняя авторизованная версия “Ворона”, опубликованная при жизни По и с его ведома (публикацию предваряет вступительное слово Джона М. Дэниела — John Moncure Daniel — выдержанное в исключительно хвалебных тонах). (Здесь, в частности, проводится мысль, что публикуемое произведение есть продукт гения, который он способен создать лишь “единожды”.) Заслуживают доверия данные, согласно которым “еще в январе 1845 года, за каких-нибудь несколько дней до опубликования, По продолжал вносить исправления в уже окончательный, казалось бы, вариант. Последние поправки были предложены так поздно, что их даже не успели включить в текст”.146


2. СОЦИОКУЛЬТУРНЫЙ РЕЗОНАНС. ПАРОДИИ, СТИЛИЗАЦИИ, ПОДРАЖАНИЯ, ПЕРЕДЕЛКИ


“Ни одно из великих стихотворений еще не принималось публикой столь стремительно, широко и бесповоротно”,147 — писал о “Вороне” Джордж Э. Вудберри (George Edward Woodberry). «Никогда еще, — вторит ему Герви Аллен, — на долю написанного американцем стихотворения не выпадало столь стремительного и широкого успеха. Ворон и в самом деле “грозил прогнать орла с национального герба”. Проворные редакторские ножницы тотчас принялись за работу, и вскоре тираж стихотворения многократно умножился бесчисленными перепечатками. В течение недели люди повторяли магические стансы, теряясь в догадках об их таинственном авторе. И когда имя его открылось, По мгновенно прославился, превратившись в вызывающую всеобщее любопытство странную, романтическую, роковую и трагическую фигуру, какой с тех пор и оставался. Рукописи его стали приносить доход тем, кто ими владел, а письма сделались предметом целеустремленных поисков. Охотники за автографами были в ту пору поистине вездесущи».148 Вот один из типичных откликов, воспроизводящий атмосферу того времени: «Здесь, в Англии, — писала Элизабет Барретт Браунинг, — “Ворон” произвел сенсацию — вызвал настоящую “волну ужаса”. Одни мои друзья захвачены страхом, другие — музыкой, но захвачены все. Я слышала, некоторые совершенно одержимы словом “Nevermore”, а один знакомый, который имел несчастье владеть “бюстом Паллады”, в сумерках не мог на него смотреть».149 «В 1845 году Эдгар По — знаменитый поэт “Ворона”, перед ним раскрыты все двери, он владеет вниманием, он приходит в гости в тот или другой дом, и по его прихоти в комнате воцаряется полумрак перед тем, как он начнет магнетическим своим голосом читать вслух бессмертную поэму».150 Отмечая коммерческий успех “Ворона”, Эдгар По сообщал 4 мая 1845 г. Ф.У. Томасу (F.W. Thomas), что “птица наголову разбила жука”.151

Перейти на страницу:

Все книги серии Литературные памятники

Похожие книги

Монады
Монады

«Монады» – один из пяти томов «неполного собрания сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940–2007), ярчайшего представителя поэтического андеграунда 1970–1980-x и художественного лидера актуального искусства в 1990–2000-е, основоположника концептуализма в литературе, лауреата множества международных литературных премий. Не только поэт, романист, драматург, но и художник, акционист, теоретик искусства – Пригов не зря предпочитал ироническое самоопределение «деятель культуры». Охватывая творчество Пригова с середины 1970-х до его посмертно опубликованного романа «Катя китайская», том включает как уже классические тексты, так и новые публикации из оставшегося после смерти Пригова громадного архива.Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации.

Дмитрий Александрович Пригов

Поэзия / Стихи и поэзия
Москва
Москва

«Москва» продолжает «неполное собрание сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940–2007), начатое томом «Монады». В томе представлена наиболее полная подборка произведений Пригова, связанных с деконструкцией советских идеологических мифов. В него входят не только знаменитые циклы, объединенные образом Милицанера, но и «Исторические и героические песни», «Культурные песни», «Элегические песни», «Москва и москвичи», «Образ Рейгана в советской литературе», десять Азбук, «Совы» (советские тексты), пьеса «Я играю на гармошке», а также «Обращения к гражданам» – листовки, которые Пригов расклеивал на улицах Москвы в 1986—87 годах (и за которые он был арестован). Наряду с известными произведениями в том включены ранее не публиковавшиеся циклы, в том числе ранние (доконцептуалистские) стихотворения Пригова и целый ряд текстов, объединенных сюжетом прорастания стихов сквозь прозу жизни и прозы сквозь стихотворную ткань. Завершает том мемуарно-фантасмагорический роман «Живите в Москве».Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации. В ряде текстов используется ненормативная лексика.

Дмитрий Александрович Пригов

Поэзия