Женщина присела за компьютер.

– Да, был такой. Дорожная авария. Доставлен двадцать пятого июня. После наружного осмотра отпущен. Каких-либо травм не обнаружено.

– Вероятно, на него все равно заводилась карта пациента? – осведомился Павлов.

– Совершенно верно, – подтвердила женщина. – Это я и хочу проверить. – После нескольких минут упорных поисков в картотеке она с растерянным видом повернулась к Павлову и проговорила: – Странно. Раз данные о пациенте были внесены в базу, то и карточка на него должна быть заведена.

– А давайте взглянем на карточку Коробова Антона, – предложил Артем. – В тот день он был вместе с Симоновым.

Карта Антона была найдена сразу.

– Чудеса, правда? – Павлов усмехнулся.

Сотрудница регистратуры была немного сбита с толку.

– Может, карта у врача осталась? – предположил адвокат.

– День только начался. Все карты к концу рабочей смены врачи сдают нам, – проговорила женщина. – Так что если она существует, то должна быть в картотеке.

– Позвоните Лиде, она дежурила в ту смену, – сказала вторая сотрудница, оторвавшись от окошка. – Она сегодня здесь.

Пухленькая женщина набрала номер.

– Лида, ты занята? Ладно. К тебе сейчас один мужчина подойдет. – Она хихикнула. – Да, очень даже симпатичный. – Дамочка положила трубку.

– Кстати, кто был дежурным врачом в ту смену? – задал вопрос Павлов, и женщина снова присела за компьютер.

Найдя нужный файл, она отправила его в печать и сказала:

– Вы зайдите в двести четвертый кабинет. Там Лида, она точно скажет, кто принимал ребят. У нас ведь от каждого отделения на смену свой дежурный врач выделяется. – Женщина протянула адвокату распечатанный листок.

Артем поблагодарил ее за информацию и спешно вышел из регистратуры.

– Ты узнала его? – спросила пухленькая женщина. – Это ведь Павлов, тот самый известный юрист!

– То-то он мне тоже показался знакомым! – Ее напарница всплеснула руками. – А вежливый-то какой!..

– Симонов? – переспросила худенькая девушка с утомленным, слегка вытянутым лицом, когда Павлов показал ей фотографию. – Помню такого. Он с другом был, от того разило, как от алкаша. Скандалист жуткий, еле успокоили его.

– В регистратуре не смогли найти карты Владимира.

– Так ее Борис Георгиевич сразу же забрал, – ответила Лида. – Он занимался ими.

– Так-так. И куда потом делись ребята?

– Кажется, за этим пьяным приехала машина, причем, если не ошибаюсь, частная «Скорая». Знаете, такого ярко-желтого цвета. У этого парня ничего особенного не было. Авария, судя по всему, была жуткая, а у него только лоб разбит и рука порезана. Что касается Симонова, так тот вообще в рубашке родился, отделался парой царапин.

– Понятно. Так куда Симонов делся? – спросил Артем, чувствуя, как напряжены его нервы.

– Его Осипов до выхода проводил.

– Борис Георгиевич? – уточнил Артем, сверяясь со списком, полученным в регистратуре. – Дежурный врач?

– Да.

– Сколько примерно времени ребята пробыли здесь?

Медсестра на мгновенье задумалась.

– Трудно сказать. Часа два, никак не меньше.

– Зачем же держать два часа Симонова, если у него, как вы выразились, всего пара царапин? – удивился Павлов.

– Не знаю. – Лида пожала плечами. – Сначала они в перевязочной были, потом Борис Георгиевич сказал, что сам справится, и я ушла.

– Сам справится, – задумчиво повторил адвокат. – Да…

– А что случилось?

– После того как Владимир ушел из вашей больницы, никто его не видел, – ответил Павлов. – Как можно найти Осипова?

– У него сегодня прием с утра, – взглянув на график, лежащий под стеклом на столе, сообщила девушка. – Он уже должен быть на своем месте, в триста первом кабинете.

– Спасибо вам большое.

Запутанные показания

Осипов опоздал минут на двадцать. Артем ловко проскользнул вслед за ним, как только доктор вошел в кабинет.

– Я еще не принимаю, – резковато произнес Борис Георгиевич, с неприязнью глядя на Артема.

– А я не пациент, – парировал Павлов, одарил врача обезоруживающей улыбкой и показал ему адвокатское удостоверение.

Осипов выдавил улыбку и спросил:

– Что-то случилось, Артем Андреевич?

– Неотложные дела, Борис Георгиевич, и очень серьезные. Позволите присесть?

Осипов молча кивнул, указывая на стул.

Павлов достал фотографию Владимира и сказал:

– В ночь на двадцать пятое июня «Скорая» доставила к вам двоих ребят после ДТП. Вот этот не вернулся домой.

Врач покосился на фото.

– Что-то припоминаю. Вроде был такой. Что вам надо от меня?

– Можно взглянуть на его карту? Хотелось бы знать, какие повреждения он получил при аварии.

Осипов поправил очки на переносице.

– Там нечего смотреть. Он был практически цел и сразу ушел. Его даже толком осмотреть не удалось.

– Ушел? – переспросил Артем.

– Я же сказал! – резко ответил Борис Георгиевич, снял очки и начал теребить дужку.

– Это очень странно.

– Почему же?

– Да хотя бы потому, что у меня есть сведения, будто карту Симонова из регистратуры забрали именно вы. Он ушел из больницы не сразу, как вы говорите, а спустя два часа как минимум. Более того, вы провожали парня, даже вышли с ним наружу.

– Это ерунда, – бросил врач. – Вздор! Вы что, подозреваете меня в чем-то?