Читаем Волны. Сэнп полностью

Лянгал кивнул головой встал и вернулся на свое место у костра.

Тоорл наклонился к нему и спросил:

— Он тебе знаком?

— Показалось… — неуверенно ответил бэлкиец.

— Древние расы все похожи… — махнул рукой вождь, — ты просто отвык от таких.

— Я думаю, он не участвовал в сопротивлении, потому что спасал сына, — задумчиво, с грустью сказал Лянгал.

— Ты думаешь, что тогда должен был спасать жену? Эх, ее не вернешь, — вздохнул Тоорл, — а тебе нужно жить и думать о живых.

Гэл вновь задремал, пришла Найя, разбудила и увела его в небольшую пещерку, которую выделили гостям для проживания. Гэл был ей благодарен, смог спокойно уснуть, укутавшись в меховое одеяло.

А Кэрфи остался в большой пещере, ему нравилось быть героем, и он уже в десятый раз рассказывал о своих приключениях, утаив некоторые моменты, живописал плен и свирепость пиратов. Размахивал руками, демонстрируя размеры аросцев. Дети старались протиснуться поближе к новому герою. Девушки улыбались. И… Кэрфи вспоминал все новые и новые красочные эпизоды из своего первого опасного приключения.

В кузнице жарко. Кузнец устало вытер пот со лба. Его помощник — парнишка с веснушками на щеках и непослушными светлыми кудрями, оставил мехи и, подражая мастеру, провел рукой по мокрому лбу.

Гэл вошел в кузницу. Вдохнул забытое сочетание запахов железа огня и воды, окинул взглядом инструменты, погладил еще горячую наковальню, почтительно обратился к кузнецу:

— Мастер, можно вас попросить?

Белокожий мускулистый копроконец двух с половиной метров ростом, с длинными светло-рыжими кудрями, завязанными в пушистый хвост. С льняной, вышитой руками любимой жены, повязке на лбу. С тяжелым заросшим щетиной подбородком и прищуренными серыми, умными глазами, недовольно посмотрел на чужака:

— Ну?.. — мастер был сравнительно молод, лет сто от роду, уверен в себе, занимал достойное место в маленьком пещерном мире, любил свою маленькую жену и двоих детишек, любил эту планету и был счастлив на ней.

Гэл смутился под пристальным взглядом кузнеца. Попросил немного нерешительно:

— Вы позволите мне поработать в вашей кузнице?

Слабый свет проникал в пещеру сквозь два небольших слюдяных окна. Огонь жарко горел в печи, раскрашивая белое лицо кузнецов красными оттенками. Смуглое лицо Гэла казалось темно-коричневым, только синие глаза неестественно холодные.

Копроконец удивился и расхохотался:

— Ты решил, что я позволю тебе ломать мои инструменты?

— Я не сломаю, — ответил калтокиец.

Мальчишка помощник аккуратно-медленно складывал заготовки и инструменты в ящики. Старался не пропустить ни слова, уж будет, что рассказать в детской пещере: чужак пришел к мастеру Гаргу просить работу.

Мастер подняв одну бровь, сердито буркнул:

— Иди отсюда. Не для таких, как ты, работа кузнеца.

— Почему? — удивился Гэл.

— Оно тебе не надо?

— Надо. Хочу сделать посох.

Помощник кузнеца брякнул молотом и прижался к стене, надеялся, мастер его не заметит и не выгонит, но мастер обернулся и заорал:

— Дэйнит! Ты еще здесь? Иди-ка ты, мы здесь сами разберемся.

Юный помощник покраснел, вскочил на ноги и убежал.

Гарг задумчиво поскреб подбородок, посмотрел на Гэла как на глупого ребенка:

— Вот жертва цивилизации… Посох из дерева режут… тебе к столяру нужно.

— Я хочу сделать особый посох.

— А зачем тебе оружие?

— В дороге пригодиться…

— Уйти решил? И куда?! Там люди дикие?! — Гарг в негодовании повысил голос, — А ты знаешь, что из десяти ушедших вернулся один? Все остальные погибли. А у тебя дите малое на руках. И сам ты… ну не выживешь ты там…

— Я должен.

— Наслышан о твоем безумстве, — кузнец заговорил тише и мягче, как с душевнобольным, — хорошо, работай, но только при мне, если что нужно — спросишь, подскажу, но кроме стрел и копий я из оружия ничего делать не умею…

— Спасибо, — улыбнулся Гэл.

— Было бы за что, — проворчал кузнец.

Кроме большой пещеры, была еще пещера поменьше, ее называли детской, соединял обе пещеры длинный тоннель.

Был вечер. Молодежь собралась в своей пещере вокруг большого костра. На костре котел, девушки варили чай из сушеной травы. Дети играли в прятки, бегая по тоннелям, их громкий смех и крики заглушали шум воды, текущей по внутренней стене и канаве к выходу.

Гэл покормил сына и выпустил его играть с детьми. Сам сел у стены на ворох сена, наблюдал за малышом. В большой пещере ему намекнули, что его место в детской, он не возмущался, так было проще, подальше от взглядов, мыслей и сомнений. Не прижился он в этом маленьком пещерном обществе. На него старались не обращать внимания, и его решение уйти, как только улягутся ветра, никого, кроме Найи, не расстроило. Обитатели пещеры не обсуждали и не осуждали странного чужака, но ребенка готовы были оставить у себя. Уже нашлась молодая семья, с радостью согласившаяся усыновить Айрэ, как только уйдет его безумный отец. Предполагаемая мать нянчилась с ребенком, как будто он уже был ее сыном. Благодаря заботливой доброй женщине Гэл получил достаточно свободного времени, для подготовки к путешествию.