Читаем Волк. Стая полностью

– Останешься здесь. Будешь приглядывать за ней, пока я не освобожусь. Чтобы не было скучно, вымой полы, протри стены, мебель и окна. Всё понятно?

– А оно…

– Не оно, мать твою! Девушка тоже человек! Только из очень дальних краёв! Такие, как она, живут на Северных островах! И ничего тебе бедная девочка не сделает! Понятно?

– Простите, сьере барон! Мы не знали…

– Ясно, что не знали… – Машу рукой. – Короче, присматривай за ней. Если что – сразу найди меня и скажи.

Она кланяется, сложив на животе руки. Странно. Вроде красивая, и даже фигура сохранилась. Чего ей не повезло? Эх, жизнь такая штука… Ладно. Надо идти. Разворачиваюсь, выхожу из комнаты. Груду мусора из бывшей спальни маркиза уже почти вынесли. Осталось чуть-чуть. А вот и парнишка!

– Эй, Арк!

Он тут же бросает два больших деревянных ведра, в которых таскал мусор, подбегает ко мне и сгибается в поклоне:

– Слушаю, ваша милость!

– Выпрямись. Я не всегда злой.

Подросток снова занимает вертикальное положение, и я показываю на соседнее помещение:

– Что здесь?

Арк краснеет:

– Так… покои для девок маркизовых, ваша светлость.

– Для девок?

Парнишка мнётся:

– Там, сьере, прежний маркиз своих полюбовниц пользовал. Да и тех, кого ему притаскивали…

Значит, не брезговал висельник и таким…

– А там?

– Кладовые, ваша милость. Под одежду, посуду дорогую, ткани и прочее, что ценное.

– Ладно. Продолжай уборку.

Арк хватает лопату и, поклонившись, остервенело нагружает брошенные вёдра перепревшей соломой и прочим дерьмом. Я же подхожу к комнатке для утех и толкаю дверь. Та открывается, вхожу внутрь. И сразу вижу обнажённое девичье тело, прикованное к кровати за руки и за ноги. Как ни странно, девушка жива. При виде меня её глаза загораются ненавистью, она что-то пытается сказать, но из горла вырывается лишь сипение. Справившись с замешательством, прыжком подлетаю к кровати, срываю со стены гобелен и прикрываю её. Потом убеждаюсь, что цепи закрыты на замки. Возиться и искать ключ некогда, а по виду оковы из сырого железа. Поэтому тянусь за мечом, затем бросаю:

– Закрой глаза!

Она послушно опускает веки, сообразив, что всё не так просто. Молниеносный удар – и одна из цепей рубится. Неожиданно легко. Второй замах. Третий. Четвёртый… Девчонка рывком усаживается, затем плотно закутывается в ткань картины. Осматривается, наконец с трудом выдавливает из себя:

– Воды!

– Арк! Арк!!!

Грохот перевёрнутого ведра – и в комнату влетает мальчишка.

– Воды! Живо!

– Сей момент…

Спустя минуту, пока я рассматриваю новую жертву повешенного маркиза и раздумываю, что отпустил того на тот свет слишком легко, Арк появляется с ковшом воды. Спасённая жадно пьёт, задыхаясь. Когда ковш полностью опустошён, отдаю его парнишке:

– Иди работай дальше.

Тот кланяется, убегает. Я же присаживаюсь на стоящий рядом с койкой резной табурет довольно тонкой работы.

– Кто вы, доса, и как попали в лапы этого скота?

Девчонка опускает голову:

– Я Марика дель Тарон, дочь барона дель Тарона. Мы с Запада, сьере…

Дель Тарон… Так-так, что-то знакомое… Точно! Приходила ориентировка для Льян, она меня с ней знакомила. Объявлен в розыск за предательство. Значит…

– А где ваш отец, доса Марика? Его же зовут Идиго? Идиго дель Тарон?

– Откуда вы знаете?! Встречались раньше?

Я молчу, и девчонка отворачивается к стене, потом нехотя буркает:

– Мой отец оставил меня здесь. Договорился с маркизом, что тот меня спрячет от Неукротимого. Два дня было хорошо. Ко мне относились согласно моему статусу. А вчера вечером вдруг схватили, раздели и приковали к этой кровати…

– И?

– Никто не пришёл, если вы об этом…

Она выделяет последнюю фразу. Потом, по-видимому, спохватывается:

– Простите, сьере, а, собственно, кто вы такой? И по какому праву распоряжаетесь в замке Ниро?

– Ваш спаситель, доса Марика. Но если вам так интересно, то могу представиться – Серг дель Стел, барон Ниро. Новый лорд этих земель. Прежний барон повешен по моему приказу.

– По какому праву?! – Она едва ли не визжит, забыв о своём положении и состоянии.

Приходится разом её приструнить:

– Император Атти Неукротимый подарил мне эти земли за успешное завершение Восточного похода.

Марика дёргается, словно ужаленная. Затем несколько мгновений сидит неподвижно, только по её щекам разливается мертвенная бледность, и она шепчет:

– Высочайший… Вы – Ужас Рёко?!

Слегка растягиваю губы в полуулыбке:

– Слышал, что меня называют и так, доса…

Встаю с табурета, подхожу к стоящему у стены сундуку. Интуиция не подвела. Он полон женской одежды. Не знаю насчёт размера, но вроде бы подойдёт.

– Оденьтесь, доса Марика, и покиньте эту комнату. Думаю, находиться в ней вам неприятно. Я жду вас в коридоре.

– Но служанки…

– Можете о них забыть.