Читаем Волк. Юность полностью

Дамба растёт на глазах, но горожане не шевелятся. Похоже, до них не доходит, чем мы тут занимаемся. А между тем уже больше половины довольно широкой реки, по которой раньше, до нашего прихода, ходили здоровенные плоскодонные баржи, перекрыто. Пленников почти не кормят, и их тела частенько летят в реку. Жестоко? Но здесь без вариантов – либо мы, либо они. Естественно, своя жизнь куда дороже чужой. Большая часть захваченных нами тушурцев роет новое русло при помощи деревянных мотыг. Остальные таскают вынутую породу на строительство дамбы. Носилками, своими халатами, вёдрами. После того как насыпан очередной участок, вступают в дело трамбовщики, которые обрубками брёвен и деревянными молотами уплотняют насыпанную землю. Ну а чтобы её не размывало, из леса возят брёвна и забивают в воду. Река, несмотря на свою ширину, довольна мелка. В самом глубоком месте примерно семь метров. Так что проблем не возникает.

Попыток совершить вылазку пока не было, но наши солдаты не сидят на месте, а непрерывно укрепляют свои заставы напротив городских ворот. Это сейчас тушурцы сидят спокойно. Но когда исчезнет вода… В отчаянии человек на многое способен. Древняя как сам мир истина. Люди это осознают и работают без понуканий. Тем более впереди колоссальный приз.

Есть ещё один источник пополнения пленных для строительства и наших запасов. Пусть пока мы и не бедствуем, потому что прихватили при уходе от рёсцев неплохо и запуганный нами новый провиантмейстер поставляет всё необходимое в срок и лучшего качества, но затягивать осаду нам не стоит. Хотя у наших так называемых союзников дела идут куда хуже. Почти все камнемёты вышли из строя, а дыр в стене Грыхта так и не появилось. Наши же требучеты уже готовы и скоро начнут своё дело.

Свис – хлесь! На смуглом теле вспухает кровавая полоса. Серв молча утирается и начинает шевелиться быстрее. Пыль стоит столбом, потому что земля прокалена солнцем. Я смотрю лениво на суету пленных, проверяю качество построенной плотины. Надёжно. Такими темпами уже послезавтра река пойдёт мимо города.

– Сьере граф! – Передо мной возникает пехотинец в цветах дель Саура. Кланяется: – Сьере герцог просит вас прийти к нему на совет.

– Когда?

Солдат, прищурившись, смотрит на солнце, потом выдаёт:

– Через час.

– Буду.

Пехотинец вновь кланяется и исчезает. Интересно, по какому поводу собираемся? А повод очень вкусный и интересный. Оказывается, наши дозоры засекли большой обоз тушурцев в полудне пути от Сырха. Порядка двух сотен телег. Знать бы ещё, что там. Но что бы ни было – пригодится. Решаем, кого послать. Делаем это, чтобы никому не было обидно, жребием. Так что определяемся быстро, и уже к вечеру солдаты уходят на дело, исчезая в лесу. Утром проверяем наши камнемёты. В земле попадается достаточно камней, поэтому с боезапасом проблем нет. На тканевую пращу, уложенную в гладкий жёлоб, укладывают большой, килограммов на восемьдесят, булыжник. Противовес уже выверен и закреплён.

– Толкай!

С натугой воины налегают на раму. Неуклюжее сооружение со скрипом катится по дороге, наконец замирает у частокола. Расчёт из мелкопоместных воинов суетится, выверяя прицел. Загоняют деревянные клинья под раму, колдуют с грузом на обратной стороне ложки. Потом отбегают в сторону, и главный из них кувалдой выбивает стопор. С гулом длинный рычаг поворачивается вокруг своей оси, камень с визгом прокатывается по смазанному маслом жёлобу, описывает дугу и в высшей точке срывается с пращи и устремляется к стене города. Сухой треск, сноп искр, облако пыли. Вижу, как возле машины начинается суета. Снова уходит вниз рычаг, добавляют груз, укладывают новый камень. Опять разбегаются солдаты, лязг кувалды. Треск! Бабах!!! Булыжник ложится точно в центр ворот. Окованные бронзой створки вздрагивают, от них летит пыль, клубами вспухает на земле. Герцог довольно улыбается, затем трогает коня. Расчёт больше не стреляет. Все ползают по требучету и проверяют его целостность.

Мы приближаемся вовремя – осмотр закончен. Дель Саур, не слезая с коня, интересуется:

– Всё в порядке?

Командир катапульты, рыцарь из мелкопоместных, довольно кивает:

– Сделано на совесть, сьере. Думаю, что, если начать стрелять нормально, проблем не будет.

Урм смотрит на меня, и я незаметно для остальных на мгновение прикрываю глаза. Герцог рокочет:

– Тогда приступайте. Пусть они боятся открыть ворота, чтобы не попасть под обстрел.

Рыцарь довольно кивает, и его солдаты начинают суетиться, заряжая машину по новой. Мы трогаем коней. Теперь нам нужно вернуться к плотине. Работа там кипит, и… Неожиданно приятный сюрприз – к вечеру река свернёт в новое русло! Правда, рабы еле шевелятся, потому что надсмотрщики не дают им ни минуты отдыха, но нам-то что до этого?