Читаем Волк полностью

— Он сам сдался. — В голосе полицейского слышался благоговейный страх. — Вышел к нам добровольно. Вы только полюбуйтесь на него! Толком и не разберешь, человек перед тобой или металлическая статуя. Или какой-нибудь… древний бог!

Золотой человек остановился рядом с Джин, затем неторопливо повернулся и поглядел Бейнсу в глаза.

— Крис! — воскликнула Джин. — Зачем ты возвратился?

Та же мысль не давала покоя и Бейнсу. Он отогнал ее прочь — не время.

— Самолет готов?

— Можем взлетать в любую минуту.

— Замечательно, — бросил на ходу Бейнс. — Поторапливайтесь. Я хочу как можно быстрее доставить нашего клиента в Центр. — Приостановившись, он еще раз пристально оглядел юношу, невозмутимо стоящего между полицейскими. Казалось, рядом с ним они сморщились, стали неуклюжими и уродливыми. Превратились в карликов… Что там говорила девчонка? «Сошедший на землю бог». Бейнс сплюнул.

— Не спускайте с него глаз. Возможно, он опасен. Мы впервые сталкиваемся с подобным видом. Неизвестно, что он выкинет.

Не считая неподвижной человеческой фигуры, камера была совершенно пуста. Четыре голые стены, пол, потолок. В одной из стен под потолком узкая щель, служившая смотровым окном. Сквозь нее просматривался каждый утолок залитой ярким белым светом камеры.

Человек сидел на полу, слегка наклонившись вперед и переплетя руки. Лицо бесстрастно, взгляд прикован к полу. Он сидел так уже четыре часа, с тех пор, как захлопнулась массивная дверь камеры, щелкнули замки и расторопные техники заняли свои места перед смотровым окном.

— Итак, что вы успели выяснить? — спросил Бейнс.

Уиздом кисло хмыкнул.

— Немногое. Если не раскусим этого красавца в ближайшие сорок восемь часов, придется ликвидировать. Излишний риск неоправдан.

— Никак не придешь в себя после операции в Тунисе? — скривил губы Бейнс.

Да, тот случай забудется нескоро. В руинах заброшенного города на севере Африки обнаружили десять особей. Их метод выживания был чрезвычайно прост: они убивали и пожирали другие жизненные формы, затем имитировали их и занимали их жизненное пространство. Называли они себя хамелеонами. Их ликвидация обошлась недешево — только Управление потеряло шестьдесят экспертов высшей квалификации.

— Каковы предварительные заключения?

— Наш подопечный — крепкий орешек. Единственный в своем роде. — Уиздом кивнул на груду магнитофонных кассет. — Вот полный отчет, все, что нам удалось выжать из семейства Джонсонов. В психологическом отделе им промыли мозги, и мы отправили их домой. В голове не укладывается — восемнадцать лет, и ни единой попытки вступить в контакт с ближайшими родственниками. Ну что еще? Физически он полностью сформировался. Зрелость наступила приблизительно к тринадцати годам, жизненный цикл явно короче нашего. Но зачем ему такая роскошная шевелюра? А этот дурацкий золотистый пушок, покрывающий все тело?

— Что у него с ритмами мозга?

— Мы, разумеется, просканировали его мозг, но результаты анализа еще не обработаны. Крутимся тут, понимаешь ли, как заведенные, а он сидит себе и в ус не дует! — Уиздом ткнул пальцем в сторону окна. — Если судить по той легкости, с какой удалось его взять, он вряд ли блистает особыми талантами. Но хотелось бы узнать о нем побольше, прежде чем мы его устраним.

— А может, все же сохраним ему жизнь до выяснения всех его дарований?

— Уложимся мы или нет, он будет ликвидирован через сорок восемь часов, — угрюмо проговорил Уиздом. — Лично мне он действует на нервы. От одного его вида меня бросает в дрожь.

Уиздом — рыжеволосый, широкий в кости, с крупными чертами лица, массивной грудной клеткой и холодным проницательным взглядом — нервно жевал кончик сигары. Последние семь лет Эд Уиздом исполнял обязанности директора североамериканского отделения ЦУБ. Сейчас ему было явно не по себе. Крошечные глазки беспокойно бегали, обычно бесстрастное лицо слегка подергивалось.

— Ты думаешь — это оно? — медленно произнес Бейнс.

— Я всегда так думаю, — отрезал Уиздом. — Всякий раз я обязан предполагать самое худшее.

— Я имею в виду, что…

— Ты имеешь в виду!.. — Уиздом непрерывно вышагивал среди заваленных оборудованием лабораторных столов, мечущихся техников и стрекочущих компьютеров. — Это существо умудрилось прожить в своей семье восемнадцать лет, а они его так и не поняли. Они знают, что он может делать, но даже не представляют — как.

— Так что, в конце концов, он может?

— Он заранее предугадывает события.

— Как это?

Уиздом выхватил из-за пояса и швырнул на стол энергетический хлыст.

— Сейчас увидишь. — Уиздом подал знак одному из техников, и закрывающий смотровое окно прозрачный щит скользнул на несколько дюймов в сторону. — Застрели его!

Бейнс недоумевающе мигнул.

— Но ты же сам сказал — через сорок восемь часов?

Выругавшись, Уиздом схватил трубку, прицелился в спину неподвижно сидящему человеку и нажал на спуск.

В центре камеры вспыхнул и разлетелся облаком серого пепла розовый шар.

— О, Господи! — выдохнул Бейнс. — Ты…