Читаем Волчица.Часть 1 полностью

Немаловажным стал и обряд, согласно которому хозяин дома должен был снять с себя один башмак и привязать его к веревке, а после три раз обойти вокруг дома — если обувь стало тяжелее волочить, значит, что домовой сел на нее. Ни в коем случае нельзя не оборачиваться, иначе домовой обидится. Стоит сразу же идти к новому дому, никуда не сворачивая. Придя в новый дом, хозяин должен обойти весь дом внутри, как бы показывая домовому его новые владения, и остановиться у того места, которое семья отвела для домового.

Тогда стало появляться очень много диких домовых, которые нападали на оставшееся население и причинять вред имуществу и скоту. В то время и было принято решение истреблять диких домовых, переросшее впоследствии в их тотальное уничтожение — убивали даже тех, кто был домашним. Люди остановились лишь тогда, когда их перестали часто встречать, а хозяева домовых стали их прятать. Такова была участь домашней нечисти.

— Хозя-и-ин, — домовой снова ударил в дверь. — Впу-усти-и-и.

Я подошла к двери и приблизила свое лицо к дверной щели.

— Нет здесь больше твоего хозяина, — твердо произнесла я в щель. — Умер твой хозяин и никогда больше не вернется.

— Впусти-и-и, — на этот раз голос домового был больше похож на рык, чем на вой, затем последовала череда сильных ударов, которую дверной засов все же выдержал, а после все стихло.

Я не была уверена, что этого будет достаточно для того, чтобы избавиться от домового, но, по крайней мере, сейчас можно будет спокойно поговорить с детьми. Я хотела было вскипятить воду в печи, но затянувшееся молчание давило на нервы, поэтому мне пришлось использовать свою силу умышленника, чтобы нагреть воды. Думаю, это будет хорошая демонстрация своей силы, и возможно, что дети посмотрят на меня с другой стороны. Я удовлетворенно открыла глаза, когда услышала звук кипящей воды, за которым последовали удивленные переглядывания детей. Быстро заварила чай и подошла с ним к столу.

Иргид и Маирита сидели с одной стороны стола, «сладкая парочка» и Эрбель заняли лавку напротив. Казалось, что у них появилась куча вопросов ко мне, после того как я им показала свою силу. Тихан даже аккуратно протянул руку к чайнику и, дотронувшись до него, быстро отдернул руку. Конечно же, он горячий, глупенький ребенок. Я никогда в этом плане не мухлюю. Я заняла место рядом с Иргидом, который быстро подвинулся, едва заметив мое намерение.

— Так о чем вы хотите со мной поговорить? — нарушила я давящую тишину.

— А можно чаю? — раздался робкий голосок Маириты сразу же.

— Тебе бы только чаю попить бы, — снова передразнила Эрбель.

— Будь серьезнее, — строго проговорил Иргид.

— Конечно можно, — ответила я, рассмеявшись, и принесла кружки, чтобы налить всем чаю.

Дети, уставившись в свои кружки, снова притихли, потягивая горячий травяной напиток. Через минуту я уже кожей ощущала наросшее до предела напряжение в комнате, но не посмела нарушить повисшую тишину. Я оглядела детей. Маирита действительно наслаждалась горячим напитком. Олан все также продолжал обнимать Тихана, который ластился к старшему парню, и они время от времени загадочно поглядывали друг на друга, то улыбаясь, то кивая. Какие же у них отношения? Эрбель всем своим видом демонстрировала свое недовольство, которое, как мне показалось, я уже где-то видела. И тут меня осенило: магичка Лаора была матерью Эрбель! И новая догадка возникла в моем разуме — неужели их родители хотели сделать из них убийц? Разве такое возможно, чтобы родители желали подобного своим детям? Я тряхнула головой, прогоняя ужасные мысли, и взглянула на Иргида. Он глубоко вдыхал, взгляд его был опущен к кружке, которую крепко сжимал ладонями, однако смотрел сквозь него. Иргид поднял голову и посмотрел мне прямо в глаза.

— Мы хотим, — наконец произнес он уверенно. — Чтобы вы отказались от нас, — юноша выдохнул с облегчением.

Остальные дети смотрели на меня внимательно, затаив дыхание. Я обвела их своим взглядом исподлобья.

— Начну с самого главного, — начала я, предчувствуя, что разговор явно затянется. — Вы неправильно оценили ситуацию.

— Разве вам сложно от нас отказаться! — воскликнул Иргид, вскочив со своего места, едва не перевернув кружку.

— Повторяю для непонятливых, вы неправильно оценили ситуацию, — я устало потерла глаза. — Я не могу от вас отказаться, — как мне им объяснить свое положение. Примут ли они смертника в качестве своего учителя?

— Почему? — возмущенно спросила Эрбель, перегнувшись ко мне через стол. — Вы же такая знаменитая, — воскликнула она, вскинув руками. — Вы участница Веллеровской кампании!

— Во-о-от, — протянула я, подняв перед ее глазами указательный палец левой руки. Это то, что нужно, теперь главное нужно развить мысль, чтобы они сами пришли к выводу. — А сколько людей осталось в живых после этой кампании?

— Трое, — опередил ее Иргид.

— Верно, — похлопала я его по плечу. — Еще один вопрос: кем они были?

— Магами, — уже не так уверенно произнесла Эрбель.

— Молодец, — похвалила я ее. — А сейчас блиц-вопрос: как их звали?