Читаем Волчий паспорт полностью

Помимо того, что Евтушенко один из самых известных поэтов во всем мире, он замечательно талантливый лектор и педагог. Я видел его в работе и на сцене, и в классной комнате. У него магнетическая личность, которая помимо серьезности, с которой он относится к преподаванию, буквально воспламеняет студентов.

Уильям Стайрон, 1994

Соответственно двухкопеечным мыслям, кто ж на свете всех милее (Евгений Евтушенко, кто ж еще!), придается сумасшедший размах… Земля вертится вокруг станции Зима, Москва состоит из Кремля, окруженного Марьиной Рощей. Мужья всего мира прячут жен от Евгения Евтушенко – тщетно!.. И этот человек еще смеет нападать на Тома Клэнси, Рекса Стаута. Как у него не отсохнет язык…

Д. Горелов. «Покрышкин русского глагола. Атас! Евтушенко в воздухе!» «Столица», № 43, 1994

* Его антология русской поэзии – это гигантский труд, за который мы должны все быть ему благодарны.

Т. Лещенко-Сухомлина, 1994

Евтушенко – это целая эпоха.

Б. Окуджава, 1995

* Я могу только выразить уважение и удивление его поведением в предлагаемых ситуациях.

Д. Пригов, 1995

С удовольствием представляю читателям новый роман Евгения Евтушенко. Многие годы всей своей творческой деятельностью он находился как бы на самом острие интеллектуальных битв вокруг проблем, волновавших и нашу страну, и всю планету. В этом романе он вновь выступает как человек и художник, ищущий ответа на главные вопросы жизни.

М. Горбачев. Из предисловия к американскому изданию романа «Не умирай прежде смерти», 1995

В романе «Не умирай прежде смерти» русский выдающийся поэт гражданственной традиции – поэт, прозаик и кинорежиссер – воссоздает национальную мучительную историю через свою экстраординарную биографию, вызывающую фантазию и страстный идеализм. Этот роман подтверждает, что Евтушенко никогда не умрет прежде своей смерти и что его голос будет жить всегда, как неотъемлемая часть нашей эпохи.

Стивен Коэн, профессор Принстонского университета. Отзыв на переведенный в США роман. 1995

* Евгений Евтушенко – весенний цветок нашей литературы – подснежник.

О. Чухонцев, 25 октября 1996

Его принимали президенты, вожди революций, высшие иерархи КГБ и аляскинские звероводы. Он помог тысячам людей, чаще всего неблагодарным… Евтушенковская суперпопулярность была равна упованиям народа на лучшую жизнь. Но ее первоисточник – поэзия. Публике интересен поэт. Тот самый. Знаменитей которого не было на Руси и уже не будет.

И. Фаликов. Не больше, чем поэт. «Арион», 1996

Чем дальше я читал «Строфы века», тем определеннее складывалось у меня представление, что составитель умышленно натравливает один народ на другой, специально подбирая для этого соответствующие стихи, в которых находится «ключ к русской душе», душе антисемита-погромщика, а в лучшем случае – человека «без царя в голове» – то есть дурачка… И у меня вырвался из души экспромт-эпиграмма, посвященный составителю:

Полухохол, полуполяк,Полулатыш, полутатарин,Полупростак, полумастак,Ты что же, мать твою растак,России так неблагодарен?Н. Старшинов. «Литературная Россия», 7 июня 1996

Основное радостное чтение последних месяцев – антология поэзии «Строфы века», составленная Евтушенко… То, что сделал Евтушенко, – подвиг. Так же хороши и полезны передачи Евтушенко «Поэт в России больше, чем поэт».

В. Астафьев. «Литературная газета», 26 июня 1996

Любопытно, что в этой антологии («Строфы века») так много «бывших жен», настоящих жен, детей и родителей, что она представляется порой своеобразным памятником первобытному родоплеменному промискуитету… (в данном случае свальному греху. – Сост.)

В. Куприянов. Злоба века. «Наш современник», № 8, 1996

Говорят, что Евтушенко театрален. Это правда. Он действительно читает свои и чужие стихи лучше многих отличных актеров. Его артистизм завораживает с первых же слов. Размах человеческой натуры чувствуется во всем, что бы ни делал поэт, к чему бы ни прикасался. Евтушенко слишком огромен для обычных слов.

A. Васильев. Один день с Евгением Евтушенко. «Звезда Прииртышья», 25 января 1997

Работа в Америке дает поэту независимость, которой лишены многие писатели в России… Но прав был поэт, сказав, что главное в человеке не его географическое положение, а местонахождение его сердца.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Отцы-основатели
Отцы-основатели

Третий том приключенческой саги «Прогрессоры». Осень ледникового периода с ее дождями и холодными ветрами предвещает еще более суровую зиму, а племя Огня только-только готовится приступить к строительству основного жилья. Но все с ног на голову переворачивают нежданные гости, объявившиеся прямо на пороге. Сумеют ли вожди племени перевоспитать чужаков, или основанное ими общество падет под натиском мультикультурной какофонии? Но все, что нас не убивает, делает сильнее, вот и племя Огня после каждой стремительной перипетии только увеличивает свои возможности в противостоянии этому жестокому миру…

Александр Борисович Михайловский , Мария Павловна Згурская , Роберт Альберт Блох , Айзек Азимов , Юлия Викторовна Маркова

Биографии и Мемуары / История / Фантастика / Научная Фантастика / Попаданцы / Образование и наука
100 великих казаков
100 великих казаков

Книга военного историка и писателя А. В. Шишова повествует о жизни и деяниях ста великих казаков, наиболее выдающихся представителей казачества за всю историю нашего Отечества — от легендарного Ильи Муромца до писателя Михаила Шолохова. Казачество — уникальное военно-служилое сословие, внёсшее огромный вклад в становление Московской Руси и Российской империи. Это сообщество вольных людей, создававшееся столетиями, выдвинуло из своей среды прославленных землепроходцев и военачальников, бунтарей и иерархов православной церкви, исследователей и писателей. Впечатляет даже перечень казачьих войск и формирований: донское и запорожское, яицкое (уральское) и терское, украинское реестровое и кавказское линейное, волжское и астраханское, черноморское и бугское, оренбургское и кубанское, сибирское и якутское, забайкальское и амурское, семиреченское и уссурийское…

Алексей Васильевич Шишов

Биографии и Мемуары / Энциклопедии / Документальное / Словари и Энциклопедии