Видать, Важек не оценил моей шутки юмора, так как приказал:

– Убейте их всех! Всех этих тварей!

Глава 55.

Раздались щелчки затворов, и я совершенно четко осознала, что все, пришел мохнатый зверь писец. По их душу. Видят боги, я сделала все, что смогла, но аргументам они не внемлют. А я скорее умру, чем позволю причинить вред хоть одному из своих. Поэтому я почти прорычала:

– А вот это ты зря!

– Ты, да и никто из вас, ничего не сможете мне сделать, тварь! Из этих камер еще никто из вашей породы не выбирался.

– Ой ли? – он меня уже не забавлял, а злил своей тупостью и экстремизмом, поэтому я с превеликим счастьем его разочарую сильно-сильно.

– Все кандалы с высоким содержанием серебра, – самодовольно хмыкнул Константин, перезаряжая пистолет.

А какой-то хмырь слева (судя по некоторым атрибутам – священник) убежденно заявил:

– Любая ночная тварь бессильна против металла божьего, освященного!

– Может, где-то вы и правы. Но есть два маленьких "но". Во-первых, серебро довольно мягкий металл, и в целом излишне ослабляет кандалы, а во-вторых, я, и не только я, имунны к серебру.

С этими словами я сильно дернула. Очень сильно, одновременно срывая все защитные барьеры со своей силы. Раздался лязг металла, и вот мои руки и ноги свободны. Ошейник и цепь вокруг пояса я разорвала голыми руками, еще и пообещав охотникам:

– Сейчас вы увидите истинную мощь оборотней.

Сила клубилась вокруг меня коконом, глаза стали двумя чашами серебреного света, волосы развевались, появились когти и звериные клыки. Моя любимая боевая форма.

– Прикончите ее! – едва не завизжал Важек.

Охотники, хоть и ошеломленные, нацелились на меня. И в тот же миг я ударила по ним ветряным хлыстом. Они попадали, словно кегли. Правда кегли так не матерятся.

Я издала громогласный рык. Призывный и торжествующий. Крис, Инга, Шат и остальные ответили мне. Мигом позже ответили и волки. Жуткий концерт, который надеешься никогда не услышать по этому сторону адовых врат.

Пусть я не видела, но знала, что еще немного, и мои кошачьи вырвутся на свободу. Мои способности и иммунность к серебру помогут им в этом.

Часть охотников повскакивала на ноги и снова наставила на меня свои пушки. Зря. Именно в этот момент я выхватила Меч Ветров из собственной груди. Одно это заставило мужиков опешить. Они явно видели такое впервые. А я воспользовалась моментом их секундного затмения и метнула меч. Он пролетел бумерангом, а когда эфес вновь вернулся в мою руку, дула всех наставленных на меня ружей-пистолетов оказались аккуратно срезанными едва ли не до спусковых крючков. Остальные, воодушевленные подобной перспективой, долее не посмели в меня целиться.

Я продолжила свое наступление на противника, но тот был не так прост. Может, они и опасались пользоваться огнестрельным оружием, зато повыхватывали ножи-кинжалы, – странная логика, ничего не скажешь, и стали брать меня в кольцо.

В воздухе повисло ожидание чего-то нехорошего. Сила во мне бушевала, но… Внезапно Константин совершил бросок куда-то вниз. Тут же стало понятно, куда. Он резко, за волосы, вздернул вверх все еще бесчувственную Марго. Свободной рукой он приставил к ее голове пистолет, проговорив:

– Еще шаг, и ее мозг отправятся в свободный полет! – я встала, скорее ошеломленная тем, как он общается с собственной дочерью. Хотя могла бы уже и привыкнуть… Правда с таким свыкнуться сложно. Константин продолжал, – Может, ты и такая расчудесная, но все ж одна. Тебе не выстоять против нас! А если попытаешься – она умрет первой.

Он говорил ровным, глубоким голосом с абсолютным спокойствием, причем странно растягивая слова. Я уже чувствовала туман в голове и тяжесть в теле, когда поняла, что этот гад пытается меня мысленно подмять, подчинить. Это заставило меня тотчас встрепенуться и заявить:

– И ты думаешь, я променяю жизнь всех на одну?

Но спохватилась я поздновато. Охотники взяли меня в плотное кольцо, и уже готовились атаковать. Вот черт!

Я уже приготовилась к атаке ниндзя-камикадзы под девизом: "зашибу всех нафиг, блин!". Когда наше внимание отвлек скрежет. На него обернулись все, словно позабыв, зачем мы тут.

Догадка почти сразу озарила меня. Сначала я ощутила холод, потом пахнуло травами. Дверь камеры не открылась, ее просто сорвало, и из нее к нам выплыла Иветта. Правда сейчас она производила демоническое впечатление. Глаза горят, как две чаши голубого огня, потопившего белки и зрачки, кожа сияет как свежий снег на солнце, а волосы походили на живых существ, живших своей жизнью. Ее одежда стала серебреными доспехами валькирии.

Она смогла беспрепятственно допарить до меня и встать рядом. Все были слишком ошеломлены, чтобы хоть как-то воспрепятствовать.

Ноги Иветты коснулись пола, и от них тотчас стала разбегаться ледяная корка. Нас она огибала, а вот охотников приморозила к полу.

Пока охотники дергались, пытаясь освободиться, я интеллигентно дала Константину под дых, приняла выпущенную из его рук Марго, и отнесла девушку в уголок, подальше от основного места действия.