Читаем Воины Вереска полностью

— Леди, вы на них внимательно посмотрите, — вздохнул Том. — Вы и вправду, как тот лорд, считаете, что их веревки и — тем более — уже однажды успешно выбитая дверь удержат?.. Если вкратце — очнувшись, вместо норманнской речи они в этот раз услышали сверху английскую. Память по возможности воскресили, недавний скандал в замке вспомнили, корабль узнали — и понеслось, снова-здорово!.. Только в этот раз они, в пылу праведного гнева и возмущения, никого из команды в сознании не оставили… А ведь, повторюсь — мореходы из них, как из меня землепашец! Ну вот их и вынесло на этом корабле черт-те куда! Вокруг — только море, да еще и в штиль мертвый попали, как назло. Скучно стало ребятам. Может, через денек они и выпустили бы все из той же клети ни в чем не повинную команду, да только подвернулась им не ко времени бочка с брагой — еще от норманнов осталась, англичане в спешке утянуть на берег позабыли…

— О-о-о…

— Вот-вот! — ухмыльнулся волынщик. — В общем, дальше всё по старой схеме. Набрались до зеленых чертей и отключились… А тут, как вы уже догадываетесь, и корабль очередной на горизонте нарисовался. На этот раз — северян. Увидели они судно дрейфующее, да к рукам и прибрали — не пропадать же добру!.. Команду, в ту самую злосчастную клетку плотно укомплектованную, обнаружили и наших двух умников, на палубе в обнимку с тросами спящих. Корабль был торговый, так что англичан выпустили, в чувство привели, и в капитанскую каюту, как почетных гостей препроводили. А этих двух балбесов в уголку оставили, заново по рукам и ногам спеленутых, — отсыпаться… То ли продать решили, как те же норманнские разбойники, то ли что. В общем — оставили.

— На свою голо…

— А вот и нет! — радостно подпрыгнул в седле Томас. — Потому что это были те самые северяне, которые к себе на борт недавно в Киеве одного небезызвестного нам воеводу приняли!.. Воевода этот с командой освобожденной пообщался, мозгами пораскинул, и северянам намекнул, что лучше с этими буйными шотландцами не связываться. Купцы, само собой, его на смех подняли… А зря. Творимир — он человека насквозь видит!.. Хотя, если между нами, к МакТавишам и приглядываться особо не надо… В общем, на насмешки со стороны мореходов он только плечами пожал, да и ушел в каюту к англичанам — пьянствовать.

— И?.. — нетерпеливо спросила она. Томас хмыкнул:

— Ну, когда часов через шесть к ним туда начали северяне ломиться — из тех, кто еще ходить мог, Творимир встал, кулаки размял, дверь распахнул — и уложил обоих наших горцев с одного удара. В лоб. А благодарным купцам объяснил еще раз, что лучше оставить их в покое, пока не очнулись, да убираться отсюда подобру-поздорову. Те с предложением согласились, но отпускать этих дуболомов за здорово живешь — на это обиженные и побитые мореходы идти отказались. Да шарахнуть, мол, их по темечку — и в воду!.. И утопили бы, как котят слепых, да Творимир не дал.

— В одиночку отстоял? — тихо ахнула Нэрис, с уважением бросив взгляд вперед, на маячившую над седлом широкую спину русича. Томас весело помотал головой:

— Он же воевода!.. Хоть и бывший… Как понял, что северяне решительно настроены — взял кадушку с водой, на близнецов выплеснул, и к каюте с англичанами! А те уже и готовы — пока купцы суд над буянами вершить собирались, подданные британской короны с тех из них, что без памяти валялись, оружие потихоньку поснимали, да ждали себе внутри условного сигнала! В общем, купцы в меньшинстве оказались. А Творимир норманнский разбойничий корабль обратно отобрал, наших балбесов туда отправил, команду английскую — тоже, и сам следом. Так и ушли, пока северные купцы челюстями щелкали… Догонять их те, само собой, не стали. Им и так хватило. А Творимир наших оболтусов потихонечку в сторонку увел, пристыдил, по кружечке налил — подлечиться, а пока суть да дело — счастливые англичане уже и берегов Шотландских достигли. Где всю троицу и высадили, к великому своему облегчению… Вот такая вот история, моя леди. — Томас снова потер кончик носа. — Потом они еще пару месяцев в Лоулэндсе поболтались, то там, то здесь, и с Иваром пересеклись. Меня тогда еще в отряде не было, подробностей не знаю — МакТавиши каждый раз новую версию придумывают, а от Творимира черта с два добьешься…

— Том, — задумчиво пробормотала она, — я вот одного не понимаю! Как же он с ними со всеми общался? И с англичанами, и с близнецами? И… с остальными тоже? Он же, кроме как "Эх", ничего сказать не может!