Читаем Войны Митридата полностью

Это был звёздный час понтийского царя. Римское господство в Греции и Малой Азии посыпалось как карточный домик, восторженный приём, который оказывался войскам Евпатора на освобожденных землях, превосходил все ожидания. Казалось, что нет такой силы, которая сможет остановить страшный натиск понтийских армий. До этого времени Запад шёл на Восток, теперь Восток наступал на Запад. Наступило время возмездия.

* * *

В это время спохватились и те, кто определял римскую политику на Балканах. Наместник Македонии Сентий отправил своего легата Бреттия Суру против полководцев Митридата. Аппиан сообщает, что легат дал морское сражение Метрофану «и, потопив у него корабль и быстроходное судно, убил всех бывших на нем на глазах у Метрофана. Последний, испугавшись, обратился в бегство». Здесь хотелось бы задаться вопросом – а чего собственно испугался понтийский стратег? Что потонуло два его корабля? Вряд ли. По утверждению того же Аппиана, войско у Бреттия было небольшое, а сил у Метрофана было если не больше, то по крайней мере примерно столько же. Гораздо логичнее предположить, что именно в этот момент Метрофан получил приказ от Архелая идти с ним на соединение, поскольку основные бои должны были развернуться в Беотии. Туда стратег и стягивал все понтийские силы в Греции, а дальнейшие события подтвердили правоту Архелая.

Что же касается Бреттия, то после ухода Метрофана он высадился на остров Скиаф, где и захватил одноименный город. Небольшой гарнизон не смог отразить вражескую атаку. Легионеры захватили большую добычу, поскольку именно на Скиафе понтийцы устроили хранилище всех трофеев. А дальше Бреттий действовал в полном соответствии с римскими воинскими традициями – рабов повесил, а у всех пленных понтийских солдат отрубил руки.

Закончив свои кровавые дела в Скиафе, легат вернулся в Северную Грецию и, получив подкрепление из Македонии, выступил к городу Херонея в Беотии. Там его поджидало объединённое войско Архелая и Аристиона. В течение трёх дней на равнине у древнего города кипели ожесточённые бои, тщетно римская армия пыталась прорваться в Аттику, чтобы захватить стратегически важный порт Пирей. Союзники успешно отразили все атаки врага. Бреттий понёс очень большие потери, а когда к Архелаю подошли подкрепления из Спарты и Ахайи, то легат понял, что все его планы потерпели крах. Не имея возможности продолжать боевые действия, Бреттий убрался в Македонию.

Тем временем в Пирей прибыл понтийский флот, и освобождение Аттики от римского господства стало свершившимся фактом. Это был новый крупный успех Митридата. Но на западе уже собирались тучи, и римская армия под командованием проконсула Луция Корнелия Суллы грузилась в Италии на корабли. Борьба за Элладу вступала в решающую фазу.

* * *

Римский командующий Луций Корнелий Сулла был наглым, циничным и жестоким человеком. Но при всех этих отрицательных качествах он обладал железной волей, талантом полководца и огромным личным мужеством. Сулла никогда не прятался от опасности, а всегда шёл ей навстречу. В войсках пользовался непререкаемым авторитетом и на армию, состоявшую из пяти легионов (30 000 человек), смотрел как на личное войско. Но, тем не менее, отправляясь на войну против Митридата, Сулла сильно рисковал.

Проблема заключалась в том, что Римскую республику сотрясали смуты и внутренние междоусобицы, и противники Суллы, воспользовавшись его отсутствием, в любой момент могли захватить власть. В этом случае проконсул лишался надёжного тыла и мог рассчитывать только на себя и своих верных солдат. Больше ему не на кого было опереться. Но Сулла сознательно шел на риск.

Когда осенью 87 г. до н. э. он высадился с армией на Балканах, то сразу оказался в затруднительном положении – флота нет, армейская казна пуста, запас продовольствия ограничен, а надёжных союзников ещё предстояло найти. Решением этих проблем проконсул и занялся, выкачивая деньги из Этолии и Фессалии, а также собирая в этих областях продовольствие. План кампании, который составил Сулла, был прост и надежен. Главный удар проконсул решил нанести по оплоту могущества Митридата в Греции – Афинам, поскольку в случае падения этого города вопрос освобождения Эллады от понтийских войск становился лишь вопросом времени. Но всё зависело от того, как быстро Сулла сможет ими овладеть. Потому что существовала реальная опасность того, что пока он будет осаждать Афины, с севера подойдёт армия царевича Аркафия, которая шла вдоль фракийского побережья Эгейского моря. Конечно, был шанс, что наместник Македонии Сентий и его легат Брутий Сура остановят врага. Но Сулла привык во всём полагаться только на себя и исходил из тех возможностей, которыми располагал при планировании кампании.