Читаем Войны Митридата полностью

Из текста Плутарха мы узнаем ещё один важнейший факт – сын Митридата Махар крепко держал всё Северное Причерноморье и владения в Закавказье. Никто не смел потревожить границы державы, и Евпатор мог быть спокоен за свой тыл. И это развязывало царю руки для активных действий на других стратегических направлениях.

Вот Митридат и занялся решением важнейшего стратегического вопроса – организацией вторжения в Балканскую Грецию. От личного участия в этом грандиозном мероприятии царь уклонился, зато силы и средства выделил громадные. По его замыслу, армия и флот под командованием стратега Архелая должны были занять Кикладский архипелаг, подчинить остров Делос, а затем высадиться в Элладе и поднять её на борьбу с Римом. Главным приоритетом было заключение союза с Афинами. Ради этого с экспедиционным корпусом отправлялся специальный уполномоченный Митридата, философ-эпикуреец Аристион, уроженец этого древнего города.

Другая армия, во главе с царским сыном Аркафием, должна была перейти Геллеспонт, пройти вдоль фракийского побережья и вторгнуться в Македонию. Аркафию было предписано разгромить легионы наместника и, вступив в Грецию с севера, соединиться с армией Архелая и его греческих союзников. Новый Дионис размахнулся очень широко, и по его замыслу этот удар должен был окончательно сокрушить могущество Рима в Восточном Средиземноморье.

Наступил ключевой момент всей кампании, поскольку Митридат перенес войну в Европу. Со времен прадеда Евпатора, Антиоха Великого, армии азиатских царей не появлялись по ту сторону Геллеспонта. Эллины рукоплескали понтийскому царю, а сенаторы находились в состоянии тихой паники. Об отношении азиатских эллинов к Новому Дионису Марк Туллий Цицерон сказал следующее: «Митридата же они называли богом, отцом, спасителем Азии, Евгием, Нисием, Вакхом, Либером». Развивая тему, великий оратор посетует на то, что перед римлянами вся Азия заперла ворота, «а этого каппадокийца не только принимала в своих городах, но даже сама призывала». Понятно, что Марк Туллий ошибся, назвав Митридата каппадокийцем, но для нас принципиален следующий момент – Малая Азия ждала и призывала Евпатора как освободителя от римского гнета.

Своей новой главной резиденцией Митридат сделал Пергам, подчеркивая тем самым, что является легитимным преемником пергамских царей. Также он объявил о том, что освобождает города Малой Азии от податей на пять лет и прощает им все государственные, а также частные долги. В Пергаме празднества по случаю побед Евпатора достигли своего апогея. Плутарх сообщает, что во время очередного торжества «пергамцы с помощью каких-то приспособлений опускали на него сверху изображение Победы с венцом в руке». Пиры и праздничные церемонии потянулись бесконечной чередой.

Армии Митридата уже появились в Европе и заканчивали покорение Анатолии. Его флоты бороздили волны Эгейского и Средиземных морей, стратеги готовились высадиться в Элладе, а казна ломилась от золота и военных трофеев. Казалось, что ещё немного – и весь мир падёт к ногам царя. Но тут на сцене появились женщины.

* * *