Читаем Воины клевера полностью

Мама! Засмотревшись на увешанного амулетами Стрелка, с которым теперь непонятно что делать, Ирил совершенно позабыл о его напарнике. Набрав ускорение, Ланья врезался в другой плюющийся огненными искрами шар. А там — второй Стрелок. И тоже невредимый. И тоже на амулетах. К счастью, второй аталь, как и сам Ланья, никак не предвидел такого развития событий. Сбитый с толку полыхающим вокруг него пламенем, он только и смог, что, охнув, принять на себя летящего с неимоверной скоростью Ирила. Да, у него, как и у первого, среди амулетов был и ускоритель. Иначе бы Ланья уже праздновал победу. Искусством боевого транса владели лишь торки: аталь и глеммам приходилось использовать амулеты или магиприпасы. Транс чуть быстрее, но аталь выбирать не приходилось. Частично этот минус компенсировался легкостью использования: вхождение в транс требовало большего времени, чем активация амулета, но сейчас выигрывала именно скорость. Ирил первым осознал, что происходит.

Он лежал на чем-то мягком. Зеленоватое солнце Пестика, в трансе приобретающее золотистый оттенок, слепило глаза. «Что-то мягкое» под Ланьей зашевелилось. Рывком осмыслив ситуацию, Ирил вздернул руку, перехватил рукоять меча обратным хватом и с силой воткнул его в это мягкое — себе под мышку. «Мягкое» конвульсивно задергалось, но Ланья хватился второй рукой за меч и, используя его как упор, резко вскинул себя на ноги, еще глубже вонзая меч. Вскочив на ноги, он обернулся. Готов. Зеленоватый силуэт лежал неподвижно, из того места, где у него должна была быть грудь, торчал меч. Забрать! Краем глаза Ирил уловил движение справа. Первый Стрелок никуда не делся. Ну, один на один уже легче, сейчас ты получишь. Ланья схватился за рукоять, готовясь встретить надвигающегося врага.

Й- й-ех… Нет, только не это! Меч поднимался только вместе с нанизанным на него телом. Если бы было время, Ирил бы покраснел от стыда. Вторая ошибка за несколько секунд. Опять. Сколько раз Тахор твердил ему, что живое тело — это не висящая тряпка. Войди клинок в кость — и вытащить его разом будет невозможно. А тот вошел. Вернее, Ланья его сам туда загнал. Но стыдно не за это. В конце концов, все предусмотреть невозможно. А вот за то, что он об этом не подумал вообще и начал атакующее движение, в котором изначально было заложено, что меч свободен, вот за это учитель ему точно голову оторвет. И будет прав. Если только это раньше не сделает Стрелок. В бою времени на выбор позы нет. Аталь уже рядом. Поздно перенастраиваться. Что делать?! Тахр-о-ор!!!

В трансе время летит быстро. Эмоции переживаются уже потом, запоздало. Но сейчас, не успев оформиться во что-то конкретное, Ирила все же обожгла глубокая благодарность учителю. За все издевательства, за все побои, которыми злобный торк безжалостно вколачивал в непослушное человеческое тело незыблемые рефлексы, позволяющие выжить в любой ситуации.

«Никогда не беги от опасности, — еще в самом начале обучения вдалбливал человеческому щененку матерый боец. — Если уж тебе пришлось драться, то уклоняться от ударов можно только тогда, когда ты решил убежать. И понял, что ты на самом деле сможешь это сделать, — с ехидной усмешкой цедил торк, методично отвешивая ярящемуся мальчишке увесистые подзатыльники, доводя Ирила до бешенства и заставляя его вновь и вновь бросаться в безнадежные атаки. Все эти уходы и блоки — лишь пустая потеря времени. Ничего ты за это время не сделаешь и не решишь. Тебе все равно придется его побеждать. Так почему не сделать это сразу?» Ирил тогда злился долго. Потом привык. Потом научился делать то, что хотел Тахор. А потом это просто вошло в базовые рефлексы.

И сейчас его спас именно рефлекс. Раз уж меч не вытащить, то ничего тут не поделаешь. Играем с теми картами, которые розданы. Ирил кувырнулся вперед, в ноги набегающему Стрелку. Над головой свистнул меч. Аталь споткнулся, но удержался. Вот и все немногое, что Ланья выиграл. Сейчас меч в руке Стрелка перевернется и…

«Если ты стоишь вплотную, даже не вздумай махать руками. Локоть и колено. Рычаг короткий, мышцы сильные, времени и места на удар нужно мало». Наставления Тахора даже не всплывали в голове — они сидели в костях и мышцах Ирила. Как только в спарринге становилось тесно для замаха, торк, не задумываясь, двигал локтем, и Ланья, воя от боли, летел кубарем. Потом Ирил и сам так научился.

Тело все сделало само. Скорчившийся у ног Желтого Стрелка Ланья вывернул локоть, кожей чувствуя, как разворачивается над его головой узкий меч аталь. А потом со всей силы, добавив рывок распрямляющегося тела, двинул вверх. Туда, куда любому мужику всегда очень больно.