Читаем Войны будущего полностью

Необходимо иметь в виду то немаловажное обстоятельство, согласно которому Америка утратила былое влияние в современном сложном мире, ей уже не обрести того прежнего статуса, полученного ею после Второй мировой войны. «В XXI веке Востоку и Западу будет очень непросто выработать консенсус, уравновешивающий их интересы, но это лишь малая часть ожидающих мир проблем. Эра, наступившая после «холодной войны», войдет в историю как стремительно образовавшееся постмодернистское Средневековье: мир без правящих им держав. Запад не заменит Востока, Китай не заменит Америки, а Тихий океан – Атлантики. Все эти центры власти и географические понятия будут сосуществовать в сверхсложной экосистеме»[250]. Таким образом, мир не управляется отдельными государствами; существуют «очаги управления» в виде городов-мегаполисов, в которых сконцентрировано две трети мировой экономики. В противовес такой интерпретации мира П. Ханной мы считаем, что сейчас пришло время крупных государств или их союзов, т. е. вернулась вестфальская система. Это связано с такой обозначившейся тенденцией в мире, как деглобализация мировой экономики, когда «глобальные ресурсы» начинают использовать для решения «локальных», «региональных» проблем. Сейчас в мире начинают доминировать крупные государства, которые осуществляют свою дипломатию в становящемся многополярном мире, имеющего сверхсложную структуру.

Наконец, немалое место в несмертельной войне принадлежит современному искусству, произведения которого широко распространены в мире. В монографии Л.О. Терновой «Геопоэтика: международные отношения и искусство» речь идет о взаимопереплетении искусства и международных отношений, т. е. современная практика международных отношений (геополитика) свидетельствует о значимости искусства в выявлении непрограммируемых результатов многих международных процессов, в представлении их хода нелинейным образом[251]. Именно искусство благодаря деятельности неординарных, творческих личностей поэтов, художников, архитекторов, скульпторов и музыкантов позволяет сформировать многомерный, полиспектральный подход к международным отношениям и многомерной войне.

Искусство оказывает немалое воздействие на политическую культуру, дает образ событий мировой политики посредством воздействия на сознание человека воображаемых, вымышленных миров. Оно, особенно кино, совершает подмену понятий действительности своими понятиями, вызывая эмоциональные переживания и погружая тем самым человека в те области жизни, которые недоступны для большинства индивидов, что не всегда «может быть безобидным для власти»[252]. Специфика кино состоит в том, что оно мобилизует художественный опыт, накопленный в живописи, музыке, танце, давая тем самым возможность увидеть мир в новом ракурсе, оно дает интегральное знание. «Оно включает в себя информацию, полученную человеком из разных источников, но при этом в силу соучастия в формировании нового контексте это знание более глубокое, эмоционально окрашенное, вариативное, а потому готовое к пополнению и корректировке»[253]. Таким образом, киноискусство способно эффективно воздействовать на сознание человека, корректировать его такой информацией, которая ему раньше была недоступна и которая выгодна политикам, что эффективно используется в многомерной войне.

Это оказывается весьма существенным в эпоху глобализации, когда кинопространство сплетено из множества контекстов, существующих и в реальной жизни, и в вымышленных мирах искусства. В таком случае исключается истина, так как кино нацелено на изменение опыта человека; оно своим визуальным языком способно воздействовать на сознание индивида. «Взаимосвязи политики и кинематографа проявляются в самых разных, порой весьма неожиданных формах. Некоторые из них указывают на переход политики национальной или региональной на глобальный уровень. Это в полной мере отвечает как реалиям нашего, по сути, глобального мира, так и тем фантазиям, которые возникают на основании ломки замкнутых пространств. Ведь у каждой такой фантазии есть реальное основание и связанные с этой фантазией надежды и страхи»[254]. Эти надежды и страхи весьма эффективно используются правящей элитой Запада в современной несмертельной войне путем манипулирования сознанием множества индивидов (достаточно вспомнить фильмы Голливуда – этой гигантской фабрики производства иллюзий).