Читаем Война Вихря полностью

– Я… надеялся, что не случится. Понимаешь, когда вихрь, который ты создала для меня, засасывал ее с подругой сюда, в Акахлар, вдруг появился Булеан. Это и помешало мне столкнуть их в бурю, как я намеревался сначала. Он бросил мне вызов, зная, что, стоит любому из нас коснуться стенки вихря, мы будем поглощены Ветром Перемен. И я решился на маленькую хитрость. Девчонки были такие перепуганные, были так похожи друг на друга, что я не мог их различить. Я понял, что и Булеан не мог не заметить этого сходства и постарается сделать их совсем одинаковыми, чтобы сбить с толку преследователей в Акахларе. Но он мог сделать их похожими только внешне. И я сотворил заклинание, благодаря которому они должны были выбрать разные крайности, которые еще боролись внутри них: ведь они были еще совсем юными. Твой двойник должна была любить только женщин и не получать удовольствия от общения с мужчинами, а вторая – Булеанова подделка – стать не просто шлюхой, но шлюхой экстра-класса. Вот почему я понадеялся, что твоя копия не забеременеет.

– Но я все еще девственница, хотя и не знаю, почему меня не изнасиловали тогда же, когда убили мать. Я выбрала безбрачие.

– Тебя не изнасиловали, так как думали, что девственность – условие твоей силы. Безбрачие ты выбрала, потому что твоя природа сделала тебя не способной желать мужчину. Ты, как и она, просто скрываешь свое влечение к другим женщинам. И твоя мать была такой же, и остальные до нее. Это часть силы.

– Как могла моя мать быть такой? У нее была я, а у ее матери – она, и мы родились не от святого зачатия!

– О да, они специально выбирали подходящего мужчину, а потом терпели ненужную им близость, чтобы родить наследниц. Дар – или проклятие – Принцессы Бурь всегда включал в себя это, потому что человек с такой силой должен быть в стороне от общества, быть выше его норм и обычаев, чтобы никогда не подвергать опасности свою силу. Увы, твоя копия либо не вполне поняла, либо еще не приняла свою непохожесть на других и продолжала экспериментировать.

– Булеан сейчас, должно быть, смеется над тобой. Тебе не перехитрить великого обманщика! Клиттихорн фыркнул:

– Нос к носу Булеана легко обмануть. Возможно, он не глупее меня, но у него ни таланта, ни воображения. Он блестящий вор, достаточно сообразительный, чтобы понять достижения величайших умов и украсть их, а то и выдать за свои собственные, но он не способен к самостоятельному творчеству. Поэтому мне удалось убедить его, что четверо акхарских магов поджидают его выхода из Масалура, а вместе они способны или уничтожить его, или задержать, пока я сам не покончу с ним. Хотелось бы мне и впрямь иметь четырех таких союзников! Впрочем, подобные трюки больше в его стиле, поэтому мой фокус и сработал.

– Но, может быть, ее беременность – это козни Булеана.

– Чушь! Скорее всего ее изнасиловали мои же агенты. Вероятно, те развратные идиоты из банды Астериал были настолько глупы, что насиловали всех подряд.

– И все же, какое это может иметь значение? Если бы это был еще кто-то, умеющий управлять бурями, но неродившийся малыш?

Рогатый посмотрел на свою принцессу так, словно она была маленьким бестолковым ребенком.

– Ты – единственная дочь единственной дочери и так далее. Это единственный путь передачи силы Принцесс Бурь. Сила связывает ребенка с матерью. Эта сила не внутри тебя, она, скорее, притянута к тебе как к магниту. Сила связывает тебя с твоим двойником и ее с тобой. Вот почему ты иногда видишь ее во сне, а она должна видеть тебя. Но ребенок связан с ней физически. Вдвоем они более сильный магнит. Всякий раз, когда она притягивает силу, та тянется и к еще не родившемуся ребенку. Чем старше будет малышка, тем больше силы она будет притягивать.

– Ты… ты хочешь сказать, что в конечном счете я останусь ни с чем?

– Ну, не то чтобы ни с чем, ты всегда будешь притягивать ту силу, что ближе к тебе и дальше от них, но уже сейчас ты понемногу слабеешь, и со временем станет еще хуже. Те двое вместе, даже если одна из них – малютка, которой руководит мать, смогут истощить тебя полностью, если вы окажетесь в пределах одного сектора. Возможно, именно на это рассчитывает Булеан. Мы не можем больше ждать. – Колдун шагнул к стене, задрапированной красным гобеленом, и дернул сонетку.

– Значит, я тоже должна зачать ребенка! Клиттихорн вздохнул:

– Дорогая моя, может быть только одна наследница силы во всем Акахларе. Если нам не удастся уничтожить твоего двойника еще до рождения ребенка, другой наследницы не будет. В тот момент, когда она зачала, ты потеряла эту способность.

На звонок вошел генерал, начальник штаба. Его жабья морда с выпученными глазами плохо сочеталась с великолепной синей с золотой отделкой формой и блестящими ботинками. Он остановился у двери и слегка поклонился.

– Генерал, мы должны получить ту толстуху – мертвую. Тот, кто убьет ее, должен лишь доставить доказательство смерти и может назначать свою цену – нет такой, которая оказалась бы слишком высокой.

– А подделка? Она вам еще нужна?