Читаем Война полностью

— И это говорит мне мужчина, который ранее пытался принудить меня к групповому сексу? — я фыркнула, пытаясь высвободить руку, чтобы снова врезать ему. — Который хранит от меня секреты? После того, как пообещал в наших свадебных клятвах, что не станет этого делать? — я подняла на него взгляд, невольно слегка улыбаясь. — Этот твой секрет окажется чем-то, похожим на ситуацию с дурацкой одеждой Лао Ху? Где ты месяцами позволял мне расхаживать перед всеми полуголой, и только потом сказал, в чём твоя проблема?

Его улыбка сделалась шире.

— Ситуация с одеждой… там всё было не так плохо. Отличный материал для мастурбации, — он расхохотался, когда я усилила попытки вырвать своё запястье. — Мне вообще ничего не пришлось додумывать, — он заржал ещё громче, когда я попыталась ударить его, выдёргивая другую руку из его ладоней. — У тебя не осталось тех платьев? Может, наденешь одно из них после душа?

Я врезала ему по плечу, и он засмеялся ещё сильнее, схватив меня за запястье и придавив всем весом. Он всё ещё всматривался в моё лицо, когда его глаза посерьёзнели.

— Кстати об этом, — хрипло произнёс он. — Пожалуй, я не дотерплю до душа, жена.

— Это тебя заводит? — переспросила я. — Что я пытаюсь тебя ударить?

— Ты совершенно голая и извиваешься подо мной, с этим светом в глазах? — произнёс он, улыбаясь. — Да, жена… в тысячный раз. Это меня заводит.

Я фыркнула.

— Я думала, от меня воняет блевотиной?

— Переживу. Хотя бы в течение ещё одного разика, — вжавшись в меня своей эрекцией, Ревик прикрыл глаза, когда моя боль усилилась.

— Можно я сделаю тебе минет? — пробормотала я, когда он опять вжался в меня. — До этого, имею в виду, — покрыв поцелуями его горло, я понизила голос, притягивая его своим светом. — Но тебе не разрешается орать на меня за то, что я тебя дразню. Всего разок ты должен мне позволить… и если будешь хорошо себя вести, я позволю тебе сделать то же самое. Ты можешь использовать верёвку и всё такое.

Боль заструилась из его света лентами, плавными и жидкими, и Ревик навалился на меня всем весом.

— Ага, — сказал он, мягко щёлкнув языком. — Ты говоришь мне такие вещи, а потом жалуешься, что у меня какие-то претензии в отношении тебя и других мужчин.

Я прикусила губу. Когда я начала убирать свой свет, Ревик крепче обнял меня и нахмурился.

— Мне это нравится, Элли. По правде говоря, мне это даже слишком нравится, — признался он, гладя меня по волосам. — Это всё ещё заставляет меня чертовски ревновать, когда ты делаешь это.

— Ревновать? — переспросила я, тоже нахмурившись. — Какие «другие мужчины»? Я собиралась делать это с тобой, Ревик.

— Теперь ты стала намного увереннее, — когда я открыла рот, чтобы запротестовать, он пояснил: — В плане секса, Элисон. Раньше ты была более стеснительной. Даже в лагере Повстанцев ты стеснялась. Ты просто редко отказывала. Но ты очень легко смущалась.

Он приподнял моё бедро, заставляя обхватить его за талию, и вошёл в меня, не дожидаясь моего ответа. Я всхлипнула, когда он вошёл в меня до упора, а потом пошёл дальше, удлинившись прежде, чем мой разум сообразил. Я стиснула его руки, и Ревик прикрыл глаза. Я ощутила, как усиливается его боль, когда он поднял веки, наблюдая за переменой выражений на моем лице.

— Но я слышу тебя, жена, — добавил он, часто дыша. — Клянусь, слышу.

— Ты просто предпочитаешь игнорировать меня, — парировала я. У меня перехватило дыхание, когда он вошёл глубже. Когда я открыла глаза, Ревик серьёзно покачал головой.

— Нет, — сказал он. — Я не игнорирую тебя. Вовсе нет.

Я рассмеялась, не сумев сдержаться, и он тоже улыбнулся.

— Тебе нравятся мои руки? — хрипло спросил он. — Я почувствовал это. На субмарине.

— Мне нравятся многие твои части. Но да, у тебя сексуальные руки… и ладони, — добавила я, когда он накрыл одной из них мою грудь. — И ступни твои мне тоже нравятся, — я ахнула, когда он жёстче вошёл в меня. — Боги, Ревик. Ты совсем не дашь мне поиграть с тобой? Я же попросила по-хорошему.

— Пока что нет, — он усмехнулся, снова вколачиваясь в меня. — Ты поиграла со мной в первый раз, и я едва с катушек не слетел, — когда моя боль усилилась, Ревик закрыл глаза, и на его лице промелькнуло напряжение. — Мне надо нарастить ментальную стойкость прежде, чем я позволю тебе опять сделать это со мной…

Когда я расхохоталась, он улыбнулся, но его лицо по-прежнему оставалось напряжённым.

— Мне надо немного вытрахать свою ревность, жена. Ревность и всё остальное, — он испустил тихий хриплый вздох, опять толкнувшись в меня. — …Пока ты не разозлилась и не начала снова бить меня.

— И всё остальное? — переспросила я.

Он серьёзно посмотрел мне в глаза.

Но не ответил.

Схватив мои бёдра, он жёстче вошёл в меня. Когда он повторил движение, его веки наполовину опустились. Затем Ревик упёрся одной ногой в пол, ладонью придавил меня и вцепился в спинку дивана. Он весь отдался движению, стискивая меня всё крепче и крепче.

Его глаза продолжали источать тот нечеловеческий свет, когда он потерял контроль.