Читаем Война полностью

Не помогало и то, что Врег и Ревик смотрели друг на друга, повторяли «Это всего лишь поверхностная рана!» фальцетом с британским акцентом и ржали как идиоты.

По правде говоря, я не могла до конца поверить, что это вообще произошло.

Кто бы мог подумать, но именно Ревик стоял на шухере.

Мистер Паранойя-По-Малейшему-Поводу каким-то образом умудрился не почувствовать приближающийся патруль военных видящих и не предупредил нас, пока те не подобрались достаточно близко, чтобы стрелять по нам.

Само собой, у всех пятерых оказались приличные ранги, и даже Врег заметил какие-то необычные щиты, защищавшие их свет. Должно быть, они опознали в нас чужаков перед тем, как зайти внутрь; не было ощутимой задержки между моментом, когда они нас нашли, и моментом, когда они начали по нам стрелять.

Каковы бы ни были причины, которые привели к этому, всю обратную дорогу Врег пилил Ревика за то, что он «перевозбуждённый, легко отвлекающийся пацан».

И да, это было странно.

Достаточно странно, чтобы заставить меня немного побеспокоиться. В смысле, за Ревика.

Сам Ревик притворился, что его это не волнует. Вместо этого он валил всё на Врега, обвинял, что тот наделал слишком много шума и слишком долго торчал на складе, копаясь в экспериментальной технике, хотя Врег знал, что они сумеют определить наши aleimi как чужие, поскольку теперь мы действовали вне мобильных конструкций, возведённых вокруг Humvee.

Я сама в это не верила.

Должно быть, урон его aleimi оказался сильнее, чем я признавалась самой себе — или сильнее, чем Балидор, Юми и Порэш говорили мне. В любом случае, мы не должны были не заметить пятерых видящих до такой степени, что они буквально подошли к нам.

К счастью, его умение обращаться с пистолетом, похоже, не пострадало.

Он уложил двух по старинке, то есть, выстрелив им в ноги и плечи, как только он повернулся. С третьим он сразился в рукопашном бою и вырубил примерно через пять минут, хотя пока я наблюдала за ним, эта схватка показалась мне намного длиннее.

Тем временем, рубашка Врега пропиталась кровью, и он сидел позади одного из ящиков тяжёлой артиллерией, хватая ртом воздух. Когда я разделалась с двумя оставшимися видящими, вырубив их своим aleimi, Ревик ножом извлёк пулю из руки Врега и «наверное, испортил его любимую татуировку», о чём Врег ворчал минимум трижды.

Ревик показал мне, как наложить на его предплечье импровизированный жгут, затем постарался отмыть Врега и смыл его кровь в надежде, что его не сумеют идентифицировать таким образом. Пока он занимался этим, я уделила некоторое время попыткам применить свои новоявленные целительские способности к Врегу в надежде хотя бы притупить боль.

По правде говоря, я не уверена, что это дало.

Через несколько минут мы вернулись к совершению преступления, только теперь Врег двигался намного медленнее, а на полу ангара спало пять незнакомых связанных видящих в военной униформе.

Ревик заставил меня во второй раз поэкспериментировать со «способностями к исцелению», когда боль Врега стала проблемой. В этот раз он надзирал и даже показал мне несколько штук. И Ревик, и Балидор были убеждены, что я развиваю какой-то особенный навык в этом отношении, и Ревику не терпелось, чтобы я его использовала — предположительно, чтобы я отточила его для использования в полевых условиях.

Лично я сомневалась, что от этого был какой-то толк даже во второй раз, но Врег настаивал, что ему стало лучше. В любом случае, я невольно видела рану глазами Джона и знала, что он-то будет настроен куда более скептически по сравнению с Врегом.

Ревик по какой-то причине был жутко доволен моими потугами в целительстве.

Закончив заново перевязывать руку Врега, он одарил меня тёплым поцелуем, игнорируя очередные подколки Врега по поводу «публичной демонстрации перевозбуждённости».

Я понимала, что Ревик чувствует себя довольно сильно выбитым из колеи из-за того, что его свет мало на что способен. Он также, наверное, стыдился, потому что не осознавал степень своей травмы, пока не подверг меня и Врега опасности. Он довольно хорошо это скрывал, но я определённо заметила различие. Даже до того, как Врега ранили, он стал намного более дёрганым, чёрт подери.

Он также продолжал настаивать, чтобы я держалась позади него, хотя я имела больше возможности защитить его, чем наоборот.

К счастью, эта паранойя натравила его на тех видящих в то же мгновение, когда они выстрелили во Врега.

По правде говоря, меня беспокоил тот факт, что я тоже не сумела увидеть сквозь тот покров.

Обычно я довольно чувствительна к таким вещам — то есть, когда кто-то хотел убить меня, Ревика или моих друзей.

Врег почувствовал их наперёд меня и Ревика, и хоть я знала, что у Врега высокий ранг (намного выше, чем он обычно признавал, честно говоря), он также отвлёкся намного сильнее нас — копался в военной технике, игрался с разными видами оружия и охранными устройствами, как ребёнок в магазине игрушек.