Читаем Война полностью

Впервые в жизни я начала сомневаться в своих предположениях о том, что может вызывать такие ухудшения погоды. Я даже задавалась вопросами, вдруг чокнутые сторонники теорий заговоров на подпольных каналах правы, и кто-то нашёл способ сделать оружие из самой планеты. Всё действительно выглядело так, будто рост природных проблем ужасно удобно совпал по времени с распространением вируса.

Откуда бы ни взялись эти экстремальные погодные условия, муссонные бури и все более сильные ураганы проносились даже так далеко к северу, как, например, в Мэне — буквально в последние две недели. Схожие проблемы наблюдались на западном побережье, включая Лос-Анджелес, Сиэтл и Ванкувер.

И напротив, Техас и Мехико настолько пересохли, что там, наверное, вообще невозможно было бы жить, если бы не массивные подземные теплицы, выстроенные под большинством крупных городов. Эти зоны по-прежнему подвергались периодическому затоплению, а Галвестон вообще оказался стёрт с лица земли несколькими неделями ранее, когда отказало их сдерживающее поле.

Чистая вода становилась серьёзной проблемой по всему миру, даже в отрыве от угрозы заражения. Богатые прибрежные города имели высокотехнологичные аппараты опреснения, но материковые территории и бедные страны и континенты устроились далеко не так хорошо.

Ревик говорил мне, что уже ходят слухи о вторжении войск Непала, Индии, Пакистана, Монголии и Бутана, чьи отряды захватывали земли, чтобы отбить доступ к воде у Китая. Весь хребет Гималаев с обеих сторон теперь фактически превратился в военную зону из-за прав на воду, и напряжение росло с каждым днём.

Теперь, когда всё большее количество людей было вынуждено покинуть города и удалиться от побережья, чтобы избежать распространения вируса, проблемы водоснабжения станут ещё острее.

Мы понимали, что оскудение ресурсов должно быть частичной, если не основной причиной, по которой Тень и его люди убивали значительную часть человеческого населения. Всё определённо начинало выглядеть так, будто города с карантином функционировали как безопасные зоны, где его немногочисленные любимцы пережидали заражение.

Мы не получили новостей из самого города, поскольку по всей Америке заблокировали новостные каналы. Барьерные коммуникации мы свели к минимуму и шифровали, но, насколько нам известно, остатки Адипана и Семёрки по-прежнему находились на Манхэттене, притаившись в Доме на Холме, пятизвёздочном отеле на Централ Парк Саут.

Мы получили несколько обрывочных, похожих на слухи сообщений через канал, который поддерживал экстренное вещание — там утверждалось, что в городе продолжались беспорядки, люди дрались за воду, еду, бензин, электричество, пайки, жилье и всё остальное. Большинство этих беспорядков подавлялись брутальными мерами полиции Нью-Йорка и частных охранных фирм, которых наняли для помощи в распределении ресурсов.

Насколько мы также слышали, эти меры применялись не очень-то деликатно. Назвать это военным положением — эвфемизм; мы не раз встречали сообщения, предупреждавшие ньюйоркцев о том, что станет с теми, кого поймают на краже припасов.

Представители армии использовали выражения в духе «приговор приводится в исполнение немедленно», «отмена обязательного предупреждения» и «единоличное принятие решения», так что мы решили, что многих попросту пристреливали на месте или депортировали, если повезёт.

Военизированные группы, работавшие на тех же частных подрядчиков, охраняли еду и запасы воды, раздавали пайки раз в день, обычно с утра, начиная с рассвета. Эти склады с пайками, предположительно, существовали лишь в трёх местах по городу, так что люди ждали часами (очереди тянулись на много кварталов) для того, чтобы получить базовые средства для выживания.

Вдобавок к ресурсам, расположенным внутри города, армия Соединённых Штатов также оцепила электросеть, которая исторически использовалась Манхэттеном. Загадочным образом схожие ресурсы, похоже, не были доступны для электростанций в любой другой части штата или в большинстве районов страны. Конечно, у них всё равно случались перебои, в основном из-за того, что провода выкапывали и перерезали, но прошлую неделю они флаерами патрулировали линию пролегания кабеля, так что эти проблемы также сокращались.

Мы уже слышали истории о том, что люди запасают еду.

Мы также слышали отчёты об отрезании «территорий», некоторые защищались частными охранными фирмами, но другие наверняка управлялись синдикатами организованной преступности. Я полагала, что в этой смеси появилось несколько новых лиц — в городе воцарилась обстановка в духе «Повелителя Мух»[3], и из-за этого активировались индивиды с психопатическими наклонностями.

Почему-то это расстраивало меня почти так же сильно, как сам факт заражения.

— Как мы вообще попадём внутрь? — пробормотала я.

Подозреваю, я говорила с ним отчасти для того, чтобы отвлечься.

Ревик смотрел мимо меня в окно, хмурился и не отвечал.

По выражению его лица я понимала, что он услышал если не все, то некоторые мои мысли.