Было тяжело тянуться вперед – до боли, до ноющего и рвущего надвое чувства утраты себя. Но постепенно новое дело стало получаться все лучше. Когда, к огорчению Гимбы, закончилось в трюме копченое мясо и осталось только высушенное, жесткое и волокнистое, когда месяц распух, затем похудел и снова распух – мавиви уже знала точно, где именно режет поверхность вод каравелла. Она намного опережала секвойевый кораблик. Каравелла бледных обратила свой запас времени от начала движения в расстояние, и теперь хитроумный враг готовился праздновать победу, пусть и слишком заранее. Каравелла была тяжелая, перегруженная пушками, до отказа забитая людьми, болеющими в тесноте. Даже большой парус не помогал ей двигаться быстрее «Типпичери», узкого и легкого, названного в честь ручья, чтобы и имя роднило его с асхи…

Беду Ичивари мавиви ощутила всей кожей. И его отчаяние, и его просьбу о помощи. Такую далекую, что дотянуться и ответить было невыносимо трудно. Но сын вождя и сам старался изо всех сил, так что у него получилось то, что было жизненно важно. Зато Шеула прекратила расходовать себя на наблюдение за дальним и занялась более важным. Она уговаривала воды и обращалась с просьбами к ветру. Пленнику плохо, все разговоры о высоком звании посла оказались ложью… Надо спешить и выручать.

Когда каравелла толкнула крутым боком причал, когда замерла у берега, накрепко привязанная к суше канатами, «Типпичери» был еще далеко от страны бледных. Но ветер дул ровно, и курс был проложен очень точно. Гимба, научившийся лучше Магура уговаривать ветер, не покидал палубу и хмуро щурился слипающимися от усталости глазами. Но обещал: еще двенадцать дней – и берег покажется впереди. Еще одиннадцать, десять… восемь дней…

Глава 12

Тайна Тори