Читаем Воин полностью

Я взглянул на кровавую резню вокруг нас, насчитав не менее восьми больших гулаков и дрекс-демона.

— Ты сделала это?

— Да, — она скрестила руки. — И это не впервой.

— Что ты имеешь в виду?

Я уже знал о демонах в жилище Драгана. Неужели она не рассказала мне обо всём, что произошло, пока мы были порознь?

Она пригвоздила меня взглядом.

— Я имею в виду, что я убила много демонов и вампиров. По всей стране.

Я уставился на мёртвых гулаков, каждый из которых был в три раза больше её. Я перевёл взгляд на Криса, который едва заметно кивнул, губы сжаты в тонкую линию.

— Gospodi! Пожалуйста, скажи мне, что ты шутишь, — порывисто сказал я.

Она медленно покачала головой.

— Я бы таким шутить не стала.

— Ya ne mogu v eto poverit'! — выпалил я, в животе вспенилось, стоило лишь представить риск, которому она себя подвергла.

Всё это время, когда я считал, что она в безопасности с Эльдеорином, он выводил её и подвергал всему, отчего я пытался защитить её.

Я схватил её за руки.

— Во имя Господа, о чём ты вообще думала? Ты хоть понимаешь, что с тобой могло случиться?

— Я была не одна. Каждый раз со мной был Эльдеорин, — заспорила она.

— И это должно сделать всё нормальным? Ты только-только начала свою подготовку. Тебе нечего делать ни в одном из таких мест.

Она волком посмотрела на меня.

— У тебя не возникло никаких проблем в том, что Джордан отправилась сюда.

— Джордан готовилась со времени как смогла держать меч, и она может...

— Может что? Постоять за себя? — Её лицо вспыхнуло яростью, но в её голосе безошибочно читалась обида. — Я никогда не буду такой как Джордан или как любой другой воин, неважно как сильно я буду тренироваться, Николас. Но я сильная, гораздо сильнее, чем ты обо мне думаешь. Ты видел, что я сделала в Ванкувере. Эльдеорин был со мной, но больше половины тех убийств были моими.

Ванкувер? Но тогда это значит...

Кто ты?

Друг.

— Твою ж мать! Это была ты на заднем дворе?

Она стояла в пятнадцати футах от меня, и я не почувствовал её присутствия и не узнал её. Конечно же, Эльдеорин и его чёртовы гламуры.

— Да.

Я подумал обо всех отчётах с упоминанием мистического карателя, который, казалось, появлялся из ниоткуда и убивал оружием, которого мы раньше не видели. Фейское оружие, как выясняется.

— Всё это время. Почему ты не рассказала мне?

— От того что знала, что ты отреагируешь подобным образом. Эльдеорин сказал мне, что я должна научиться использовать свою силу как оружие, и он был прав, — она заговорила тише. — Я нуждалась в этом. Я неделями пыталась рассказать тебе правду, но я не знала как. Я едва не рассказала тебе сегодня, но ты получил звонок, чтобы приехать сюда.

Я вспомнил случай, когда она была с нами в командном центре, а мы обсуждали карателя. Она ни разу не произнесла ни слова и не намекнула, что знает кем был этот человек. После всего через что мы прошли, она должна была всё мне рассказать. Неужели она вовсе не доверяла мне?

Она медленно выдохнула.

— Всё началось как тренировка, но затем я осознала, что могу добиться реальных изменений.

Я опустил её руки, не зная, что и думать или что испытывать на этот счёт.

— Не могу в это поверить. Как ты могла утаивать это от меня?

Её голос стал мягче, он умолял.

— Я не хотела. Мне ненавистно было не делиться этим с тобой.

Я отвернулся от неё, потому что из-за её умоляющего взгляда было невозможно думать.

— Николас? — тихо произнесла она.

— Мне нужна минутка, Сара, — ответил я более резко, чем хотел.

Мне надо было побыть одному, прежде чем в порыве гнева скажу что-то, что не смогу взять обратно.

Она не последовала за мной и не окликнула меня, когда я покинул здание и захлопнул за собой тяжёлую дверь. На улице дождь и ветер усилились, прекрасное дополнение к турбулентности в моей душе. Я зашагал по улице, куда глаза глядят, мне нужно было просто пройтись. Не то чтобы я мог далеко уйти. Я был зол на неё, и мою грудь разрывало от её обмана, и всё же у меня не выходили из памяти слёзы, замерцавшие в её глазах перед моим уходом.

Сара — каратель.

Может, если я произнесу эти слова достаточно много раз, я смогу принять их. Может быть, тогда я смогу принять, что женщина, которую я люблю, женщина, с которой я прожил под одной крышей несколько месяцев, утаивала нечто столь важное от меня. Это вынудило меня поставить под сомнение всё, что касалось нас, касалось её. Она знала, как сильно я беспокоился об её безопасности. Почему она пошла на это?

"Потом что знала, что ты никогда не сочтёшь её готовой", — ничтожный голосок прошептал в моей голове.

Я попытался его проигнорировать, но он становился всё громче и был настойчив. Как много раз со времени нашей встречи, я говорил ей, что её надо защищать? Как много раз я сказал, что она была недостаточно сильная, чтобы защитить себя? И как много раз она говорила мне, что не хочет чтобы с ней нянчились и что она не сможет так жить?