Читаем Воин полностью

Он вручил Бракену несколько монет. Тот поскакал вперед, а его спутники остались дожидаться посланца, чтобы не испугать хозяина или его семью.

Как правило, появление стольких дворян возле домика французского крестьянина не сулило тому ничего хорошего, да и сами путешественники были начеку, ожидая любого подвоха.

Спустя несколько минут англичанин вернулся, привезя с собой засоленную баранью ногу, кувшин с питным медом и две ковриги хлеба.

— Нам разрешили спать в хлеву, если мы не потревожим их животных.

Локлан фыркнул:

— Я собираюсь потревожить только ту охапку сена, на которую лягу.

— Я тебя понимаю, — поддакнул Бракен, отдавая привезенную еду своим родичам.

Джулия собралась было отломить себе хлеба, но остановилась и протянула весь каравай шотландцу:

— Вы не желаете немного перекусить, лорд Локлан?

— Зовите меня просто Локлан, миледи. Нет, спасибо. Лучше сами поешьте вдоволь.

В глазах девушки мелькнула благодарность. Она оторвала половину ковриги, а вторую половину вернула старшему брату.

Лэрд наблюдал за тем, как Бракен отошел в сторону, чтобы поесть. От взора горца не ускользнуло, что англичанин накинулся на хлеб, словно умирающий от голода нищий, и умял свою порцию так торопливо, что оставалось только гадать, не сжевал ли он при этом и свои пальцы.

Мак-Аллистер ощутил, как его охватывает симпатия к этим трем скитальцам. Никто не заслуживает тех невзгод, что выпали на их долю. Эти англичане казались вполне порядочными людьми. Им нужен был только шанс, чтобы вернуться к нормальной жизни.

— Знаешь, — обратился Локлан к Бракену, когда тот снова подошел к нему. Среди моих людей еще один обученный рыцарь никогда не будет лишним.

Вскочив в седло и указывая дорогу к конюшне, опальный дворянин усмехнулся:

— У меня нет ни меча, ни доспехов. И этот конь есть лишь потому, что я украл его у королевских солдат. Какая от меня будет польза?

— Я не считаю преступлением, если человек забирает назад то, что у него отняли. Мое предложение по-прежнему в силе. А доспехи и меч можно купить.

Бракен глянул на собеседника с подозрением:

— С чего бы тебе так поступать?

Шотландец твердо встретил его взгляд и ответил, стараясь, чтобы голос и глаза не выдали его боль:

— Потому что сын не должен отвечать за поступки своего отца или быть по ним судимым людьми.

Бракен пристально смотрел на Мак-Аллистера. Англичанин прекрасно понял, что горец имел в виду не только его отца, но и своего — Локлан был в этом уверен.

— А как насчет моих брата и сестры?

— Тебе ведь понадобится оруженосец. Брайс, вроде, подходит для этого по возрасту. А моя мать будет очень рада юной леди, которую она могла бы воспитывать и обожать.

Старший брат бросил взгляд на сестру, и в глазах его явственно отразились любовь и облегчение. Было очевидно, что его очень заботило благополучие девушки во время их странствий. И все же упрямец не собирался принимать милостыню.

— Мы расплатимся, чем сможем.

— В этом я не сомневаюсь, — подтвердил Локлан.

Бракен протянул ему руку:

— Раз так, теперь я твой вассал.

Стараясь не потревожить прижавшуюся к его груди Катарину, горец пожал руку англичанину и кивнул ему:

— Добро пожаловать в клан Мак-Аллистеров.

В глазах Джулии блеснули слезы:

— У нас снова есть дом? Правда?

— Да, милая, — сказал Бракен прерывающимся голосом. — Кажется, это так.

Девушка подбежала к Брайсу, обняла его и и радостно завопила:

— Ты слышал это, братец? У нас есть дом!

— Слышал, пока ты не заорала мне прямо в ухо. Теперь, боюсь, я навсегда оглох.

Джулия игриво толкнула его.

— Помолчите, лорд Ворчун. На самом-то деле вы так же рады, как и я.

Истинность ее слов подтвердила легкая улыбка, мелькнувшая на угрюмом лице юноши, прежде чем он что-то пробурчал себе под нос и пошел прочь.

Бракен придержал коня Локлана, чтобы лэрд соскользнул на землю с Катариной в руках, которая даже не пошевелилась.

— Клянусь, эту женщину и пушкой не разбудишь, — пошутил Мак-Аллистер.

— Да уж. Она была бы идеальной парой для любителя похрапеть во сне.

Горец рассмеялся:

— Похоже на то.

Он внес спутницу в конюшню. Джулия быстро соорудила из соломы импровизированное ложе. Уложив на него Кэт, Мак-Аллистер укрыл ее своим плащом. Щеки принцессы порозовели от сна, а волосы легли кольцами вокруг лица, и это ей очень шло. Проклятье, она показалась Локлану самой красивой девушкой, какую только он встречал в жизни! Особенно теперь, когда она молчала и не изводила его.

Рядом с ним остановился Бракен:

— Если будешь и дальше смотреть на нее таким взглядом, я решу, что ты влюбился в нее без памяти.

Горец усмехнулся в ответ:

— Я слишком стар для таких дел.

— Влюбиться никогда не поздно.

Нет, Локлан так не думал. Он уже в зрелом возрасте и скоро женится на другой… Если благополучно вернется и сделает ей предложение. А влюбленность — это для малолеток и глупых женщин, а не для мужчин.