Рино стянул джинсовую куртку, закатал рукава свитера по локоть и замахнулся топором. Через несколько ударов он оторвал все полусгнившие доски.

– Что вы надеетесь найти?

Рино пожал плечами.

– Понимание, – сказал он и открыл дверь.

В комнате было темно. Рино пощупал стену, но выключателя не нашел.

– Фонарь есть?

– Да, в коридоре.

Через полминуты Никлас направил тонкий луч фонаря в комнату. Еще до того, как ему удалось что-то разглядеть, Рино протиснулся мимо него:

– Он наш!

Глава 27

– Все изменяется. Даже смерть. За пятнадцать лет красота могла померкнуть.

Предварительный осмотр останков проводил давно уже вышедший на пенсию врач, который когда-то работал патологоанатомом в университетской больнице в Трумсё. Затем труп отправят на экспертизу в Институт судебной медицины. Но Брокс был уверен в мастерстве пожилого врача и посчитал, что они смогут выиграть время в том случае, если останки дадут какой-нибудь ответ.

– Я говорю о техническом прогрессе и о слепой вере в его преимущества. Любители всяческих механизмов забывают, что паталогоанатомия ничуть не меняется.

Врач обвел взглядом мужчин, собравшихся вокруг стального стола.

– Я даже им не совсем доверяю, – он вытянул два пальца и показал на свои глаза. – Меня попросили провести поверхностный осмотр. Так что и выводы будут поверхностными.

Врачу было около восьмидесяти лет, на его щуплом теле почти не было мышц.

– Невооруженным глазом можно увидеть… – он снова обвел мужчин взглядом, призывая подойти ближе, – …небольшую трещину в области темени. Недлинная, неглубокая. Так что нужно иметь живую фантазию, чтобы утверждать, что она имеет насильственное происхождение.

– Но…? – по интонации Брокса казалось, что врач просто обязан предоставить ему гипотезу.

– Но? – врач пожал плечами. – У меня нет стеклянного шара для гадания, так что не просите меня гадать о том, что произошло. Как вы видите, трещина расположена примерно в центре теменной части, так что маловероятно, что она вызвана случайным падением, а ведь, строго говоря, только таким образом человек может сам повредить голову. Чтобы удариться головой именно в этом месте, нужно очень постараться.

– То есть ее кто-то ударил.

– Это вы сказали. Не я.

– Я полагал, вы наводите нас на такую мысль.

– Все верно. Но все-таки вывод сделали именно вы. Я делаю свою работу, а вы – свою. – Врач взял череп двумя руками, поднял к глазам и стал рассматривать его так, как будто он был стеклянным шаром и показывал прошлое.

– Удар был несильным, – сказал он. – Или, может быть, прошел по касательной.

– Но все-таки лишил ее жизни? – проговорил с надеждой Брокс.

– Как знать. Человеческое тело очень хрупкое. И в то же время лишить человека жизни совсем непросто. Бывает всякое. Можно умереть от укуса пчелы. А можно промучиться всю жизнь от неизлечимой болезни. Другими словами, девушка могла умереть от удара по голове, но, скорее всего, это не так.

Старик положил череп обратно.

– Таким образом, случиться могло все что угодно. Если девушка не умерла от этого удара, почему ее не ударили снова? Поверим ли мы, что предполагаемый убийца нанес всего один удар? Я только вопросы задаю. Конечно, может быть, следующий удар угодил в другую часть тела. Но я не нахожу других повреждений.

– Ее могли укусить, – высказал предположение Никлас.

– Очень может быть. Как вы видите, у нас нет тела с плотью и кровью. Все, что у нас есть – это кости. Так что, если в Институте судебной медицине не появился какой-нибудь новый чудо-аппарат, боюсь, вы никогда этого не узнаете.

Несколько секунд все молчали.

– А может быть, она потеряла сознание, и ее закопали живьем.

Внезапно в подвале больницы стало душно. Гипотеза была чудовищной, а ведь старик говорил правду.

– Вы можете сказать, сколько времени она пролежала в земле?

Линд был явно под впечатлением от новой гипотезы. Шея и лицо у него покраснели.

– Думаю, с того момента, как ее начали искать. На этот вопрос вы получите точный ответ. Но, увы, не от меня. Вы просили провести беглый осмотр, именно это я и сделал. Один удар, вот и все. Не слишком точный. И не слишком сильный.

* * *

На совещании следовательской группы вопросов было больше, чем ответов. Но Никлас почувствовал, как расслабился Брокс после того, как ответственность за это дело взяли на себя следователи из Центрального управления. Найденные ими останки указывали на еще одно преступление, но пока официальное вскрытие не было произведено, у них было одно убийство и одно покушение на убийство. Приоритеты были расставлены соответственно. Никлас считал, что не принимать во внимание случившееся с Линеей абсолютно безответственно. Он чувствовал, что между событиями последних дней есть взаимосвязь. Куклами кто-то явно пытался что-то сказать, хотя предположить, что из-за дождя останки Линеи появятся именно сейчас, было чрезвычайно сложно.