Читаем Водопад полностью

Томас Костелло настоял на том, чтобы лично проводить их до дверей. На прощание он пожал обоим детективам руки. Дэвид так и не встал со своего кресло. Когда Ребус сказал «до свидания», он снова поднес к губам яблоко.

Когда дверь гостиничного номера со щелчком закрылась, Ребус еще немного постоял перед нею, но внутри было тихо. Потом он заметил, как дверь соседнего номера приоткрылась на пару дюймов и из щели выглянула Тереза Костелло.

– Все в порядке? – спросила она у Эллен Уайли.

– В полном порядке, мэм, – ответила та.

Прежде чем Ребус успел подойти, дверь снова закрылась, и ему оставалось только гадать, действительно ли Тереза Костелло чувствует себя такой несчастной, как кажется.

В лифте он сказал Эллен, что отвезет ее, куда ей нужно.

– Не стоит, – сказала она. – Я доберусь.

– Ты уверена? – Ребус посмотрел на часы. – Ах да, у тебя же встреча в половине одиннадцатого!

– Совершенно верно… – подтвердила Эллен странно равнодушным голосом.

– Ну, как хочешь. Спасибо, что помогла.

В ответ Эллен несколько раз моргнула, словно смысл его слов дошел до нее не сразу. Потом она торопливо кивнула и зашагала к вращающейся двери отеля. Ребус проводил ее взглядом и двинулся следом. Выйдя на улицу, он сразу увидел ее: прижимая сумочку к животу, Эллен быстрым шагом пересекла Принсес-стрит и пошла вдоль магазина Фрейзера в сторону Шарлотт-сквер, где находилось здание «Бальфур-банка». Интересно, куда она направляется, подумал Ребус. К Джордж-стрит или к Куин-стрит?… А может, куда-то в Нью-Таун? Единственным способом узнать это было последовать за ней, но он сомневался, что Эллен отнесется к подобной назойливости с его стороны достаточно снисходительно.

– А-а, будь что будет!… – пробормотал Ребус и направился к переходу. Ему пришлось ждать, пока загорится разрешающий сигнал светофора; когда же он наконец перешел на противоположную сторону, Эллен была уже у самой Шарлотт-сквер. Ребус прибавил шаг, но когда он добрался до Джордж-стрит, она уже исчезла.

Тоже мне детектив, подумал про себя Ребус, но все-таки дошел до Касл-стрит и повернул обратно, полагая, что Эллен могла зайти в магазин или в кафе, однако ее нигде не было. Ну и черт с ним, подумал Ребус и, сев в машину, выехал со стоянки отеля.

Он знал, что у некоторых людей есть в душе свой собственный демон, и у него было ощущение, что с некоторых пор Эллен Уайли тоже принадлежит к ним. Что-что, а разбираться в людях он умел: в этой области у него был, пожалуй, даже слишком большой опыт.

Вернувшись в Сент-Леонард, Ребус позвонил своему знакомому, работавшему в бизнес-отделе одной из воскресных газет.

– Как дела у Бальфура? – спросил он без всякой преамбулы.

– Ты, вероятно, имеешь в виду банк?

– Да.

– А почему это тебя заинтересовало?

– Говорят, в Дублине ходят разные слухи.

Журналист коротко усмехнулся.

– Ах, слухи!… Что бы мы без них делали?!

– Значит, все в порядке?

– Я этого не сказал. Правда, если судить по официальным бумагам, у них все тип-топ, но на полях я бы поставил несколько вопросительных знаков.

– А именно?

– Пожалуй, я не стану вдаваться в подробности – ты все равно ничего не поймешь. Главное, что ты должен знать, это то, что расчетный рейтинг банка на ближайшие полгода был пересмотрен в сторону понижения. Этого, правда, недостаточно, чтобы напугать крупных инвесторов, но для мелких фигурантов рынка вложения в «Бальфур-банк» становятся делом достаточно рискованным и невыгодным. Короче говоря, мелкие инвесторы начинают колебаться…

– А еще короче, Терри?

– Еще короче? Могу. «Бальфур-банк», конечно, уцелеет, даже если произойдет что-то типа недружественного поглощения, однако если к концу года баланс не покажет роста прибылей, последует показательная казнь.

Ребус задумался.

– И кого подвергнут публичному обезглавливанию в этом случае? – спросил он.

– Наиболее вероятный кандидат – Раналд Марр. Хотя бы потому, что отделавшись от него, Джон Бальфур продемонстрирует всем колеблющимся, что обладает достаточной решимостью и железной хваткой, без которых в наше время невозможно руководить успешным бизнесом.

– А как насчет старой дружбы? Неужели для нее больше нет места?

– И никогда не было, между нами говоря.

– Спасибо, Терри. Если в ближайшее время заглянешь в «Оксфорд», под прилавком тебя будет ждать большое «Джей» и большое «Ти» [21].

– Ну, с этим придется немного подождать.

– Ты опять завязал?

– Врач запретил, скотина этакая! Мы уходим один за другим, Джон!… Как мамонты.

Ребус потратил пару минут на выражения сочувствия, размышляя о своем собственном визите к врачу – том самом визите, который он снова пропустил, потому что ему приспичило позвонить Терри. Положив трубку, Ребус написал в блокноте имя Раналда Марра и обвел кружком. «Можно подумать- это он потерял дочь…» – вспомнилось ему. А теперь мистер Марр с его зеленым «мазерати» и игрушечными солдатиками может стать ритуальной жертвой… Интересно, знал ли Марр, насколько непрочно его положение, понимал ли, что легкого намека на возможность потерять деньги вполне достаточно, чтобы мелкие инвесторы заволновались и потребовали его голову?…