И Сара повиновалась. Так или иначе, она была заинтригована. Брат был настолько расстроен после исчезновения Ребекки… Она предпочитала держать при себе свои подозрения, и без того чувствуя себя виноватой, поддавшись уговорам Эулалио Осорио. Она знала: он способен на все, этому человеку не хватает только крови. Если она заговорит с ним о своей вине…

Но после фотографий, отправленных в газету, у нее не выходила из головы одна и та же мысль: не Сауль ли убил Ребекку, чтобы помешать девочке заговорить?

Сара жила в одиноком шале рядом с мостом Виесго. Туда она и отнесла Химену, когда та появилась на свет. Девочка была слишком мала и слаба, ехать куда-то с ней на руках было слишком рискованно. Но ей так хотелось начать новую жизнь в Лондоне! Возможно, в будущем к ним присоединится Сауль, они создадут настоящую семью… Возможно, благодаря своим контактам она сможет найти для брата достойную должность в лондонском Британском музее… по крайней мере, Ребекка больше не помешает им своими странностями и дикими намеками.

* * *

На другой день вечером Сара приехала к брату в шале и припарковалась перед крыльцом — в этот поздний час соседи не могли видеть, как она входит в дом с ребенком на руках.

— Дай-ка мне малышку, хочу ее рассмотреть… Все время о ней думаю.

— Она прехорошенькая и не доставляет никаких проблем. Если продолжит набирать вес в таком темпе, скоро я смогу увезти ее отсюда. Попрошу в больнице отпуск за свой счет. В Лондоне все документы готовы, осталось лишь подписать их. Хотя обойдется это дороже, чем удочерение…

— Об этом я и хотел с тобой поговорить. Я тут многое обдумал, — сказал Сауль с девочкой на руках. — Давай, поднимайся. Я должен кое-что тебе показать.

— Отдай девочку, она вот-вот проснется, — попросила Сара, чувствуя смутную тревогу.

— Не волнуйся, я ей нравлюсь. Я ей очень нравлюсь. Посмотри, как она ко мне прижимается… Я сам отнесу ее наверх. Иди за мной.

И оба, брат и сестра, поднялись по лестнице и вошли в спальню, которая раньше принадлежала Ребекке и располагалась рядом со спальней ее отца.

Войдя, Сара изумленно остановилась и сделала шаг назад.

Все изменилось. Не осталось и следа ни от кровати, где Ребекка рожала всего несколько недель назад, ни от книг по истории, ни от ее постеров с изображением кельтских богинь.

— Что ты сделал, Сауль?

— Подготовил комнату для Химены. Поставил кроватку, покрасил стены. Купил распашонки, подгузники, молоко для искусственного вскармливания… Я растил дочь и знаю, что и как делать. Химена переночует у себя дома.

— Нет! Ты сказал, что я могу оставить ее себе, ты не можешь так со мной поступить. Ты знаешь, что я не могу иметь детей и хотела эту девочку. Она особенная, она… — Закончить фразу Сара не сумела — ей становилось страшно, когда Сауль смотрел на нее теми же глазами, что и отец; выдержать на себе его пристальный взгляд было невозможно.

— Я говорил тебе, что мне потребуется последнее одолжение. Я запишу ее в ЗАГСе, ты должна будешь подделать кое-какие документы… нужен всего лишь приказ судьи, дающий мне право взять опеку над девочкой. У тебя есть доступ к другим документам об удочерении. Просто сделай это, или нам обоим конец.

— Сауль, пожалуйста, ради матери, не забирай у меня мою девочку! — умоляла Сара, уже понимая, что все бесполезно.

Сауль положил дочь в новую кроватку и укрыл новым одеялком.

— Мы будем отцом и матерью Химены. Семья на первом месте. На этот раз все будет хорошо. На этот раз все будет хорошо, — повторил он и обнял сестру.

Он крепко обнял ее. Сара хотела высвободиться, но на самом деле только это и было ей нужно. Она немного успокоилась, посмотрела на девочку, и малышка ей улыбнулась.

Химена была очаровательной крошкой и совсем не походила на плаксивую, капризную Ребекку.

Несколько месяцев брат и сестра почти не разговаривали друг с другом. Сара не простила Саулю, что ей пришлось отдаться из-за него чужому человеку. Но очаровательная Химена сгладила все шероховатости, в конце концов они превратились в семью из трех человек, о которой всегда мечтала Сара.

Родная кровь, как учил их отец.

Все было хорошо, пока Химена, не сумев преодолеть равнодушие отца к своему повзрослевшему телу, не покончила с собой.

69. Дом дедушки

23 января 2017 года, понедельник

Вечером дедушка, Герман и я отдыхали на диване перед очагом в Вильяверде. После того как Матусалем и Голден уселись в раздолбанную тачку Матусалема и исчезли из Окона в неизвестном направлении, прибыла «Скорая помощь», которая отвезла Ребекку в Чагорричу. Германа продержали под наблюдением несколько часов; анализы крови показали, что подружка вкатила ему дозу снотворного, способную убить лошадь. Брат не помнил, где находился начиная с субботнего утра, когда поднялся в кабинет логопеда в Сан-Антонио выпить кофе.

Мучила меня и другая проблема: Альба не отвечала на звонки.

Я попросил Эсти, чтобы она доложила ей о происшедшем. Сам я не желал ничего знать о внешнем мире, мне хотелось лишь быть со своей семьей и подбадривать Германа, чтобы он поскорее выздоравливал.