Читаем Внутри пророчества полностью

Мальчик серьёзно кивнул и, развернувшись, побежал назад по следам. Витт пошёл вперёд, туда, где должен быть лев и человек, спасший малыша. Идти пришлось недалеко. За стеной деревьев уже слышались звуки боя. Витт осторожно прокрался поближе и выглянул из-за разлапистого дерева на очередную поляну.

Человека там не было. Только две огромных кошки катались по снегу, сцепившись в клубок. Изредка они отскакивали друг от друга, а потом, размахивая лапами с огромными когтями, опять сходились. Лев, необыкновенно жёлтого цвета, с богатой взлохмаченной гривой, был крупнее своего противника. Его лапы были тяжелы, удары сильны. Зато серебристо-белый барс был проворнее. Его удары часто попадали по цели. Снег на поляне окрасился кое-где кровью. Звери угрожающе рычали, иногда то один из них, то другой, пытался укусить врага. Правда, оба удачно уворачивались от острых клыков.

Витт, как завороженный, следил за битвой. Барс вцепился в ухо льву. Тот глухо рыкнул от боли и ударил противника лапой в бок. От такого удара кот отлетел в сторону. На серебристо-белой шерсти проступили багровые царапины. Лев прыгнул вперёд. Надеясь схватить противника за загривок. Барс быстро перевернулся на спину. Звери опять сплелись в клубок. Теперь лев пытался лапой достать морду барса, а тот яростно драл лапами живот противника.

Предсмертный рёв льва показался Витту оглушительным. Барсу удалось разрезать брюхо жёлтого кота. Когда же всё кончилось, лев придавил противника своей тушей. Выбраться из-под него барсу не хватало сил. Кровь хлестала из его правого бока. Глаза застилал кровавый туман. Дёрнувшись изо всех сил барс выбрался-таки из-под трупа противника и тут же потерял сознание.

Некоторое время на поляне было тихо. А потом начали происходить странные вещи. Лев вдруг вздрогнул и начал сжиматься. Прямо на глазах Витта огромная лохматая туша растаяла в воздухе. Вместо неё на поляне лежал старый полусгнивший скелет животного. Барс тоже менялся. Его конечности вытягивались, меняли форму. Шерсть становилась короче и исчезала. Шла трансформация. И вот на окровавленном снегу, на месте огромного кота уже лежал человек. Худой мужчина, с молодым довольно симпатичным лицом и серебристо-белыми волосами, такими же как и шерсть, которая покрывала раньше тело оборотня.

Витт вышел из-за деревьев и поспешил к раненому. Куртка из меха оленя распахнулась, открывая багровые царапины. Вся туника молодого человека уже пропиталась кровью. Витт приложил пальцы к его шее. Маленькая жилка ещё билась. К счастью, он был жив. Возблагодарив Богов, Витт занялся лечением.

Когда раны были протёрты снегом и перетянуты лоскутами из дорожной сумы воина, чёткие слова заклинания пролетели в воздухе. Тело раненого вздрогнуло, и он открыл глаза.

– Выжил, – радостно констатировал Витт.

– Везёт мне на магов, – ответил раненый и улыбнулся озорной мальчишеской улыбкой…

Серая пелена в небе уступала место морозной синеве. Тракт ещё не обледенел, но был таким твёрдым, что копыта лошади громко и размеренно стучали, соприкасаясь с его поверхностью. Деррик спешил на запад. Он был зол. На Тари, на Судьбу и на себя.

Великая хозяйка обманула его, сыграла с ним жестокую шутку, нарушив его планы, изменив мысли и желания. Он чувствовал себя марионеткой, которую дёргают за ниточки чьи-то недобрые руки. Из-за этого стали казаться не нужными те действия, которые он успел совершить, следуя за своей ненавистью. Карта говорила об игре Богов. И проигравшим оказался он. Смерть невинной девочки, анафема, усмирение смерча. И всё это ради того, чтобы отдать смерть Даэрона другому. Теперь Деррику оставили слабую надежду, что он сможет это увидеть, конечно, за определённую цену.

А цену эту назвала Тари. Она говорила, что есть у него выбор, зная, что на самом деле выбирать не приходится. Ну, что ж, она могла просто приказать. Может, так было бы и честнее. Тогда не нужно было бы ехать на запад, не зная, куда тебя заведёт эта дорога. Не испытал бы тогда Деррик этого неприятного щемящего чувства несправедливости и обиды, когда утром понял, как Тари его оставила. Сонное заклинание помогло ей уйти не замеченной. Не захотела эта таинственная женщина прощаться. На несколько мгновений Деррик впал в отчаяние, думая, что может никогда больше её не увидеть. А потом была эта записка на столе. Цитата из злополучной книги о Герое гласила: « И день, когда отступит время мёртвых, отверженный нить получит из рук служанки судьбы. Вплетаясь в тёмный клубок, путь приведёт туда, где прошлое с будущем станут едины. Открытие на острие кинжала в крови и слезах других.» Теперь ему предстояло найти того, кто обречен играть в чужую игру, быть пешкой в руках у чародейки. Так же, как и Деррик.