Читаем Внутри ауры полностью

Машины продолжали лететь на встречу, развевая на ветру русые локоны парня. Гудки машин беспокоили вечернюю обстановку города, но никто так и не удосужился вызвать психиатрическую бригаду скорой помощи или хотя бы дорожный патруль.

Над рекой раскинулся летний закат, напоминавший вишневый торт. Ярко-красное зарево обволакивало пышные мягкие облачные коржи, стекая прямиком на блюдцевую гладь воды. Розовая дорожка игралась мерцанием, прожигая отражённые в воде высотные здания. Маша наблюдала за пейзажем с вожделением и внутренним благодушием. Она не чувствовала себя обездоленной, наоборот, она знала, что у неё есть то, что невозможно отнять. Повсюду преследующая и настигающая пустота… Они её с Кириллом начали постепенно приручать.

— Чувствую себя долголетней мудрой неторопливой черепахой, — неожиданный голос девушку заставил встрепенуться и с испугом сдвинуться с края, чтобы удержаться на месте.

— Я чуть сейчас её соседкой по месту жительства не стала, — девушка с дрожью в ватных ногах уселась на каменный выступ и свесила стопы.

Кирилл встретился пронзительным взглядом с принимающими вызов глазами Маши.

— А знаешь, что каждой черепахе нужно? — спросил он, медленно приближаясь.

— Львенок, лежащий на солнышке? — предположила Маша, хитро улыбаясь.

— Не угадала, — серьезно ответил Кирилл, — в первую очередь, ей нужен дом, который она будет таскать повсюду с собой.

2.

Девушка с парнем отыскали по пути подходящий торговый центр. На улице смеркалось, но магазины продолжали работать, ссылаясь на летний сезон и повышенный спрос. Кирилл взял тележку и без какого-либо чувства ответственности и культуры поведения перемещался с ней из одного магазина в другой. Его каменное лицо, прикрытое чёрными очками, выражало тотальный постироничный цинизм к окружающей обстановке и установленным правилам. Складывая вещи в одну кучу, Кирилл без стыда и совести продолжал прогулку по торговому центру, проходя мимо касс. Он набирал в корзину всё подряд, прислушиваясь к необъяснимым прихотям своей души. Зубные щетки, сковородка, фонарик, топор, набор покера, зимние меховые шапки, шампура— и это не полный список того барахла, которым вскоре оказалась наполнена тележка неуравновешенного шопоголика.

Маша первое время исследовала, до какого предела сможет дойти действие болезненной интермиссии Кирилла, но вскоре не выдержала и взорвалась со смеху.

— Ну вот скажи мне, — пыталась она досказать предложение, — ну вот резиновая уточка тебе зачем?

— Мне она понравилась, — четким ответом исчерпывающе отрезал Кирилл, изображая недовольство от постороннего вмешательства в его утонченный внутренний мир.

Маша не могла хладнокровно реагировать на вычурное поведение Кирилла и с каждым нахально ограбленным магазином складывалась со смеху пополам.

— Я не вижу ничего смешного.

— Хватит, пожалуйста! — молила Маша, когда всяческие бесполезные безделушки перевалили за края тележки.

— Нельзя недооценивать внешний дикий мир! Городские джунгли сожрут любого наивного неподготовленного к борьбе за выживание хлюпика!

— Но как… Как… — задыхалась, держась за живот, Маша, — как может помочь в выживании этот маленький кактус?!

Кирилл терпеливо выслушал вопрос девушки, а затем сделал надменное, разочарованное лицо:

— Мне кажется, мы утратили между друг другом связь понимания…

Маша вытирала слезы с покрасневшего лица:

— Это точно! От печали я даже поплакала…

— Но я знаю, как это можно исправить! — строго заключил Кирилл.

Парень вырулил тележку и направился в магазин одежды. Маша даже не могла представить, что можно ожидать от пробужденной фантазии. Бродить среди полок Кирилл не стал и в этот раз обратился прямиком к продавщице, назвав конкретную цель:

— Добрый вечер! Понимаете, нам с моей спутницей необходимо наладить духовную взаимосвязь… В вашем магазине случайно нет парных кигуруми?

Парочка обошлась без долгой примерки и через пару минут, покидав старую одежду поверх остальных неофициально приобретённых вещей, покинула магазин одежды в двух одинаковых пижамах радужных единорогов.

Нагруженная тележка продолжала скрипеть по кафелю, а два преступника, укрывшись под капюшоном сказочной лошадки с добрыми глазами и разноцветными рогами устремились за дальнейшими приобретениями.

— Когда нас вычислят и отправят обратно в дурдом, — заявила Маша, — предлагаю не переодеваться в стационарную пижаму, а остаться в этой…

— Бесспорно, — подтвердил Кирилл, — в ней я чувствую себя предельно свободным человеком.

Девушка обратила внимание на кучу старой одежды, где разглядела и трусы парня. Порыв смеха вновь подкатил к горлу, но быстро был подавлен внешним грубым раздражителем со спины. Чья-то жесткая рука схватила за воротник и заставила притормозить.

— Молодые люди, — бескопромиссный злой голос осадил двух воришек, — далеко собрались-то?!

Кирилл с Машей обернулись и оказались перед накачанным охранником. Получилось так, что оба дышали ему в волосатую грудь, выпирающую из расстегнутой сверху рабочей рубашки.

— Слинять, ребятишки, вздумали? — хмурым взглядом смерил он детей. — На наркотики всё спустить?