Читаем Внутри ауры полностью

Молдован усмехнулся:

— Вы же два психа! Наверное, ваши кукухи совершенно иначе воспринимают трансцендентные события…

— Это как понять?

— Психическое расстройство изменило биохимическую структуру мозга. Возможно, ваши нейронные связи и их опосредованные комбинации достигли высокого, невообразимого обычному человеку уровня. Вас не смог индейский корень свети с ума, потому что вы изначально были чокнутыми!

Ребята посмеялись. Вся троица понимала, что каламбур лишь прикрывал те тайны и вопросы, на которых не знал никто ответа.

— Все происходящее будто мне было уже знакомо, — сказала Маша, с очарованием наблюдая бесконечно пасмурное небо. — Будто содержалось во мне. Кажется, на протяжении долгого пути и всей жизни пустота сопровождала меня поблизости… А теперь…

— Что теперь? — в нетерпении спросил Кирилл.

Маша отправила парящий свободный взор к черным надутым тучам, нависающим над горизонтом.

— Как сказал однажды наш друг Антон: будем следовать туда, где прячется солнце.

Мрачный циклон продолжал предвещать бурю. Оставалось только надеяться, что где-то там все-таки прячутся долгожданные лучи солнечной звезды.

3.

Пролетев над верхушками зеленого густого леса и обогнув скалистые утесы, Молдован плавно отвел рычаг от себя, и машина начала снижение. Ветер усилился. Кабину потряхивало из стороны в сторону. Ощущалось приближение к океану, скрывающемуся за пеленой влажности. Кирилл с Машей наблюдали за ландшафтами и переживали неописуемое чувство достижения цели. Они не могли радоваться или печалиться. Никаких прогнозов на будущее и никаких оглядок на прошлое. Присутствовало стойкое убеждение, что так просто и должно быть. Показался величественный белый мост, соединяющий между скалами автомобильную магистраль. Маша сразу узнала прибрежный монумент с картинки и скорее указала на него Кириллу. Парень посмотрел на выделяющуюся среди серо-зеленой палитры арку и улыбнулся.

Обонятельные рецепторы уловили властное морское дыхание. Дикая свежесть и солоноватость расправили легкие до головокружительного опьянения. По коже побежали мурашки. Пристальный взор сосредоточился на тумане, который беспощадно рассекал вертолет. В прорубленном винтами окне показались океанские переливающиеся полосы волн. Странники пересекли материк и добрались до границы Тихого океана. Будоражащее впечатление переполняло душу восторгом от одной мысли, что впереди на протяжении нескольких тысяч километров господствует лишь водная стихия.

Кирилл с Машей схватились за поручни, почувствовав, что машина ищет удобное место для посадки. Профессиональные навыки Молдована не дали слабину и помогли ему сориентироваться даже в неприспособленной для посадки местности. Вертолет мягко приземлился на пологой вершине среди трав и камней. Винты продолжали работать и тревожить разноцветные цветы, когда Кирилл уже схватил Машу за руку и выпрыгнул из кабины.

Атакующий со всех сторон ветер трепал волосы и сносил в сторону. Парочка незамедлительно направилась к краю горной вершины. Оттуда открывалась вниз пропасть вплоть до разбивающихся о каменные препятствия агрессивных волн. По правую руку располагались протоптанные тропинки, ведущие к пляжу. Внимательно прислушиваясь, можно было распознать в общем шуме гул магистрали, но в основном окружающее пространство разрывал грохот океанского неистовства. Винты затихли, и рядом с ребятами очутился Молдован.

— Добро пожаловать на Тихий океан! — в его голосе чувствовалась радость за ребят. Глубокие глаза сияли и с искренней добротой смотрели на юных странников.

— Даже не верится, что весь пройденный путь был ради него, — посмеялся Кирилл, разглядывая детали беспокойной стихии.

— Я думаю, он стоит того, — убежденно кивнул головой мудрец. Его беспечный лик все так же вселял всеобъемлющую гармонию.

Он протянул руку, в которой находилась священная книга. Молодежь с непониманием взглянула на артефакт.

— Книга-индиго принадлежит теперь вам.

— Но, — растерялся Кирилл.

— У нее два новых хранителя. А один из них, вполне возможно, и долгожданный мессия, — хитрым взглядом окинул Машу Молдован.

— Такая большая ответственность, — саркастично хихикнул Кирилл. — Что же нам делать, будучи избранными?

— Не знаю, — пожал плечами Молдован с присущей ему непосредственностью и легкостью, — делайте все на свете.

Следом мужчина достал пишущую ручку и многозначительным жестом передал ее Маше. Девушка с интригующей искрой в глазах мгновение подумала, а затем оторвалась макушкой от груди Кирилла и решительно взяла предложенный предмет в руку. Она знала, что от нее требуется, и сразу открыла последние написанные страницы книги. Одним движением ручки девушка внесла новую истину. Молдован с Кириллом пригляделись и увидели на бумаге не глубинные слова и сакральные изречения, а всем известный неполный круг, идентичный их татуировкам.

— Это истина? — поинтересовался Молдован.

— Это «все на свете».

После этого девушка захлопнула книгу и прижала ее к себе. Молдован расплылся в довольной улыбке, будто наконец убеждаясь, что судьба мира в нужных руках.