Читаем Внутри ауры полностью

— Усидеть на двух стульях то есть? — язвительно бесился Кирилл.

— Да.

— И рыбку съесть и билетик в рай получить?

— Скорее верой поймать золотую рыбку.

— А как же рай после грешной жизни?

— Все закончится здесь.

— Как же тогда верить?

— В этом и есть сила иллюзии. Сила твоей личной истины.

Кирилл повернулся лицом к избранному и, не спуская с того глаз, твердо заявил:

— Я верю, что Маша жива.

Молдован кивнул одобрительно головой и лишь вымолвил:

— Значит, так оно и будет.

3.

Маша придерживалась тишины. Ей хотелось, чтобы ее вовсе не замечали. Казалось, что если она перестанет лишний раз дышать и двигаться, то ужас и убийства прекратятся. В голове не укладывался весь этот сумасшедший сюр, переходящий постепенно в хоррор. Муха выпустил пар и оставшееся время до возвращения братьев вел себя учтиво и сдержанно. Для него девушка больше не представляла никакого интереса. Она находилась в самом низу цепочки его садистских пристрастий и влечений. Мужчина поправлял бабочку, разглаживал рубашку от складочек и уже с уравновешенным спокойствием смотрел на часы. Машу перестало трясти, хоть четверо итальяшек продолжали лежать мертвыми всего в нескольких метрах от нее. Рука до сих пор болела. Девушка отводила взгляд и с любопытством рассматривала панораму через окно, где виднелся кусок колеса обозрения и две разноцветные петли Американской горки. Порой доносился радостный крик посетителей парка развлечений, и Маша задумывалась, как она одновременно близко от беззаботной жизни, но и как далеко.

К закату солнца, когда Муха поправил все мельчайшие изъяны бара под свой перфекционизм и несколько раз педантично отряхнул от катышек брюки, раздался гул подъезжающего отряда машин. В бар зашли в приподнятом настроении Ишуа и Гаутама и буквально остолбенели от недоумения, наткнувшись на окоченевшие трупы. Ишуа не видел картины, но восприятие других его чутких анализаторов невозможно было обмануть. Муха заметил перемену настроения в лицах братьев и мгновенно перешел к запланированным объяснениям:

— These assholes were late! — ткнул он возмущенно пальцем в нахалов. — they came way too late. They were laughing like jerks! There was a deal and they broke it! — постепенно бандит начал переходить на разъяренный несдержанный крик. — They don’t respect us! So, they shouldn’t have any deals anymore! This is what will happen to everyone! (пер. с англ.: Эти козлы опоздали! Приперлись намного позже назначенного! Ржали, как скоты! Была договоренность, и они ее нарушили! Они не уважают нас! А значит не должны с нами иметь никаких дел! Так будет с каждым!)

Его лошадиное лицо стало пунцовым и изо рта брызгала на каждое слово слюна. Братья выслушали гипотезу зверя и даже не стали с ним спорить и в чем-то обвинять.

— Fuck ‘em, — аккуратно обошел стороной Ишуа. (пер. с англ.: И хрен с ними).

— Fuck ‘em, — повторил и пнул ногой мертвецов Гаутама, — I never liked these Italians! Let them suck huge dicks in hell and think that it’s spaghetti! Ha-ha! (пер. с англ.: И хрен с ними мне никогда не нравились эти итальяшки! Пусть сосут в аду громадные пенисы и думают, что это макароны! Ха-ха!)

— If you want to say something to me than say it now! I’ll stand for my deeds! — серьезно продолжал толкать свою телегу Муха. (пер. с англ.: Если вы хотите мне что-то предъявить, то предъявляйте! Я отвечаю за свой базар и поступки!)

— Do you think I care about them?! — дурачился Гаутама, а затем в подтверждение своих слов под общие аплодисменты своей шайки помочился на трупы. (пер. с англ.: Ты думаешь нам есть дело до них?!)

— Nevermind, bro! — успокоил Ишуа близкого человека хлопком по плечу. — We made a big deal and we don’t care about such small things! We’re golden! (пер. с англ.: Забей, бро. Мы совершили крупную сделку и нам нет дело до мелких сошек! Мы в шоколаде!)

— We’re golden! — снова повторил Гаутама, прицеливая струю на лица. (пер. с англ.: Мы в шоколаде!)

— Great! Good job! — заключил Муха и расслабился. (пер. с англ.: Отлично! Поздравляю!)

— We need to celebrate our success! Who will join me to go to the club to fuck bitches and sniff coke? — моментально перешел к празднеству Гаутама. — We need to go all together, the whole gang and pull the trigger in town! Soon we’ll become great and eternal! (пер. с англ.: Надо отметить успех! Кто со мной в клуб драть шлюх и долбить кокс? Мы должны завалиться всей бандой и навести шороху в городе! Скоро мы станем великими и вечными!)

Гангстеры зашумели в ответ на лозунги переодетого в женщину маньяка. Они готовы были выполнять все его приказы и пресмыкаться до последнего вздоха. Гаутама действительно внушал ужас своим безрассудством.

— I’m gonna wash away this performance and after it fuck everything I see and spread syphilis! — заявил балабол и направился за барную стойку. (пер. с англ.: Я смыть с себя этот перфоманс, а затем мчим ебать все что движется и разносить сифилис!)

Модные загорелые гангстеры в повязках, цепях и во всеоружии воодушевлено обсуждали между собой какие-то темы. Ишуа с Мухой стояли обособленно от всех.