Читаем (Вне)земные хроники полностью

– У меня нет… брата… – в голосе искусственного интеллекта легко угадывалось удивление и непонимание. – Да, и ко мне корректнее обращаться в мужском роде – он!

Сатон зашла в каюту, бросила рюкзак на кровать и достав из шкафа, заранее приготовленную для неё повседневную одежду стала переодеваться, последовав совету смарвика. Она была взбалмошной, но вращаясь в высших кругах общества и присутствуя на разных важных мероприятиях, куда приглашали отца, прекрасно понимала, что для каждого случая есть своя одежда, а выглядеть неподобающе она не хотела.

– Смарвик – это умный корабль, сокращение с древнего языка, smarvehic (smart – умный и vehicle – транспортное средство). Сначала космическими кораблями управляли исключительно люди, а компьютеры были им только в помощь. Когда во время Первой войны колоний стала ясна слабость такой схемы, связанная с недостаточной реакцией людей в критической ситуации, не успевавших отследить показания всех датчиков, управление передали искусственному интеллекту. – Вновь вступила в разговор Лана.

– Справедливо. Именно так появились смарвики первого поколения. Я, D11-10432 «Ахиллес». D – destroyer, эсминец, 11 – одиннадцатого поколения, 10432 – личный номер, Ахиллес – персональное имя, используемое также в качестве названия корабля. А вот с орудиями произошла обратная история, сначала их максимально автоматизировали вплоть до полной автономности, но компьютеры так и не смогли научить правильно выбирать цели, и они так и норовили во время боя сбить не только противника, но и союзников несмотря на систему «свой-чужой», поэтому сейчас все пушки управляются вручную орудийными расчётами. – Поддержал разговор смарвик, выдав в эфир очевидные вещи. Он на своём веку повидал множество разных людей и умел подстраиваться под собеседника.

– Ты пару минут назад, настаивал на обращении – он. Не может у вас быть половой идентичности. Вот смотри! – Сатон, уже одевшись и, любуясь собой в большое зеркало на дверце открытого шкафа, стала медленно поворачиваться из стороны в сторону. – Это – женщина, а вы все одинаковые!

– Не совсем так, смарвики, как и люди делятся на два пола и принято, что у смарвика-мужчины капитан – женщина, а у смарвика-женщины капитан – мужчина. Нет конкуренции. Напротив, эффективность совместной работы увеличивается. Собственно, именно поэтому Вы направлены на практику к нам, а стажёр-мужчина на эсминец D11-51117 «Веста». Стажёр – будущий капитан.

– Ахиллес, ты уходишь от ответа!

– Для нас половые различия смарвиков так же очевидны, как и людей. Корпус корабля – это как тело человека. Вот по телу человека всегда понятно какого он пола. По корпусу смарвика тоже понятно какого он пола. Посмотри! За иллюминатором Веста – корпус плавный, обтекаемый. Орудийные порты закрыты аккуратными заслонками. Чуть дальше за ней флагман эскадры – линкор L10-75889 «Антей». Огромный корпус, словно вырубленный из цельного куска металла, как ёж ощетинился орудиями разного типа и калибра. Сразу видно, кто есть, кто!

– Хорошо, – рассмеялась Лана, – допустим! А как семья, дети?

– Не все люди имеют детей. Отсутствие ребёнка не говорит о бесполости ни человека, ни смарвика. Мы с Вестой пара, семейная ячейка. Люди создают новых людей, смарвик-орбитальная станция создаёт новые смарвики-корабли. Опять никакой разницы с людьми.

– Да, уж! Трудно с тобой спорить! На всё есть отговорка! Как по мне – ваша половая идентичность – бред сивой кобылы! – Подвела итог разговору Сатон и миролюбиво добавила, – впрочем, раз это не мешает выполнению ваших функций, то … вполне допустимо. Подсвети мне дорожку до капитана. Пора идти на рандеву!

***

576 c.p.c, 10 сентября, 23:55, эсминец D11-10432 «Ахиллес». Бортжурнал. Запись.

Ночь. Странный человеческий термин. Условность. Ничего в космосе не меняется, такая же бесконечная пустота и также светят звёзды, но люди считают – наступила ночь.

По эскадре команда «отбой», большая часть экипажей спит. Смарвики никогда не отключаются. Поддерживают и контролируют работоспособность бортовых систем. Мы с Вестой переговариваемся, о том, о сём, о прошедшем дне. Ей на борт доставили новых ремонтных дронов на тестирование, через два часа их по одному направят на другие корабли эскадры. Надо будет их прошить, приспособив выполнять команды только «своего» смарвика. Процедура стандартная.

Обсуждаем стажёров. Пересылаю запись дневной беседы с Сатон Весте, сопровождая комментарием о высокомерной гордячке, с которой трудно будет ужиться. Веста прослушивает, но не соглашается. По её мнению – вполне адекватное поведение практиканта и вопросы. Эх, женская солидарность и ничего иного!

Весте со стажёром повезло больше – воспитанный и образованный молодой человек, не задающий глупых вопросов, сразу нашедший общий язык со смарвиком и командой. Короче, влился в коллектив.