Читаем Вне времени (ЛП) полностью

Громф пожал плечами так, будто всё это было неважно... потому что для него всё так и было. На поверхности он стал свидетелем практически божественного деяния — возрождения Главной Башни Волшебства, но ни Демоническая Паучья Королева, ни другое божество не приложили к этому рук. Используя заточённого в безднах Гонтлгрима огненного предтечу, Громф и другие вырастили живую башню, волшебное каменное древо огромных размеров и сверхъестественной красоты, резонирующее от зловещих сил существа, древнего и во многих отношениях такого же могущественного, как любой бог.

Он сам возглавит исследования и обучение в Главной Башне, увеличив свою власть и силу своего разума. Когда-то Громф считал, что должность архимага Мензоберранзана станет главным из его достижений, но теперь перед ним открывались новые горизонты.

В самом деле, что ему до простого мечника по имени Закнафейн До'Урден?

- Хорошо, что архимагом Мензоберранзана стал Тсэбрек Ксорларрин, - говорила Квентл, пока всё это проносилось у него в мозгу.

Очевидно, пытаясь его уколоть.

Но Громф молча согласился с оценкой сестры. Чем меньше времени он будет проводить здесь, тем лучше для него. По правде говоря, он бы сюда совсем не приходил, но верховная мать наверняка устроит ему и его растущей Башне неприятности, если Громф пропустит регулярный доклад.

Большие двери в дальнем конце тронного зала Бэнров распахнулись, и вошли три женщины-дроу, облачённые в пышные наряды, свидетельствующие об их высоком положении.

- Ну? - нетерпеливо спросила Квентл, когда троица приблизилась.

Средняя дроу, очень похожая на верховную мать, только выше, фыркнула и покачала головой.

- Ничего, - сказала она. - Ни прислужницы, ни любые другие демоны, которых мы призывали, не могут дать объяснений возвращению Закнафейна До'Урдена. Оно просто произошло, не оставив никаких намёков на свою причину.

Изогнутая бровь Квентл сказала проницательному Громфу, что от внимания верховной матери не укрылось пренебрежительное фырканье её сестры Сос'Ампту, равно как и опущенный при обращении титул. Громф подумал, что для высокомерной Сос'Ампту очень типично никогда не высказывать почтения любому, кроме самой Ллос. Из всех своих родичей больше всего он ненавидел именно её.

- Или свидетельств того, кто это сделал? - спросила верховная мать.

- Или этого, - ответила Сос'Ампту. - Безразличие — единственная эмоция, которую я различила за ответами многочисленных допрошенных демонов. Даже прислужниц. Последнее означает что им приказали отнестись безразлично — или йоклол действительно именно это и чувствуют.

- Так значит, Закнафейна воскресила не Ллос, - вслух подумала Квентл.

- Этого она не говорила, - почувствовал себя обязанным поправить сестру Громф, и сделал это с немалым удовольствием.

Верховная мать окинула его грозным взглядом, но вздрогнула и отвела глаза, когда полностью осознала сказанное Сос'Ампту — и вывод, следующий из уточнения Громфа.

- Паучья Королева всегда загадывает нам загадки, - произнесла Квентл.

- А может быть, это и в самом деле неважно, верховная мать, - сказала мать Зирит, старшая из троицы, сидя на удобной подушке, покоившейся на волшебном летающем диске. Не поднимаясь, она отвесила полупоклон, когда Квентл обратила взгляд на неё.

- У нас есть другие дела, требующие немедленного внимания, - объяснила Зирит. - Имя Дзирта скоро забудут — или его очернят те, кто видели, как он выступил против собственного народа на стороне эльфов и дварфов. Для Мензоберранзана он вовсе не герой, несмотря на все старания странного юного существа, которое ты назвала Ивоннель.

Квентл изобразила согласие, потом, когда Зирит закончила, посмотрела на Громфа и перевела с него взгляд на последнюю из женщин, Минолин Фей. Эти двое были родителями Ивоннель, хотя Квентл (как и большинство других, знал Громф) не могла понять, почему такой бездарности, как Минолин Фей, даровали такое особое дитя. Громф мог лишь кивнуть в ответ своей могущественной сестре, ведь на самом деле он тоже этого не понимал. Минолин была для него простой игрушкой. Сама мысль, что столь необычайное существо, как Ивоннель, могло появиться в результате этой игры, не меньше других изумляла архимага, хотя, разумеется, Громф считал это доказательством своего собственного превосходства.

- Дзирт просто стал проводником великой силы, а именно — главного разума иллитидов, - закончила верховная мать Квентл тоном, подразумевающим, что она желает оставить за собой последнее слово по этому чувствительному вопросу. - Как жаль, что эта сила не поглотила Дзирта вместе с остальными еретиками, сражавшимися с ним бок о бок и тоже служившими игрушками иллитидов.

Громф кивнул, но на самом деле был не согласен с такой оценкой. Зирит Ксорларрин была известна своим расположением к мужчинам Мензоберранзана, поскольку в её доме свободнее всего относились к положению дроу-мужчин. Но даже она не слишком одобряла власть, которой обладала мысль о Дзирте, не радовалась тому, что это имя шепчут в тавернах на Улицах Вони и у внешних стен домов, где дроу-самцы трудятся на службе женской иерархии.