Вариант шестой. Свэнгер не лжет. Я могу устроить утечку информации через своего крота в департаменте Нейта Спурио. Тело найдут. Свэнгера поймают, подвергнут суду, а я буду держаться от процесса как можно дальше. Если это он убил девушку, я хочу, чтобы он оказался за решеткой.

Я прокручиваю в голове еще несколько возможных сценариев, но все только запутывается еще больше. В половине шестого я ставлю варить кофе. Пока он готовится, я расставляю на бильярдном столе пирамиду и разбиваю ее мягким ударом. Сосед по площадке пожаловался на громкий треск шаров в неурочное время, поэтому сейчас я решил поработать над точностью. Я обхожу стол, кладу в угол «восьмерку», наливаю крепкий кофе и возвращаюсь к игре. Потом снова расставляю пирамиду, и «четверка» останавливается в дюйме от лузы. Тридцать три очка за один подход. Неплохо.

Возвращение стерилизованным мужчинам фертильности?

12

За мной следит полиция, но не очень рьяно. По словам Напарника, я нахожусь под наблюдением только днем. После того как мы со Свэнгером встретились у меня в фургоне, слежка была очень плотной, но с тех пор прошло больше недели. Напарник высаживает меня в испаноязычной части Города у неказистого автосалона, торгующего подержанными автомобилями. В свое время я помог его владельцу Кену избежать тюрьмы, и мы оба знаем, что мои услуги ему еще обязательно понадобятся. Он любит сомнительные сделки, причем чем сомнительнее, тем лучше, и новое появление спецназа с ордером на арест — лишь вопрос времени.

За двадцать баксов налом в день Кен дает мне в аренду исправную машину из своего непрезентабельного автопарка и не задает вопросов. Время от времени я пользуюсь этой возможностью, если опасаюсь слежки. Мой черный фургон «форд» слишком заметен. А вот помятый универсал «субару», который выбрал для меня Кен, точно не привлечет внимания. Мы с ним немного болтаем, шутливо переругиваясь, и я уезжаю.

Какое-то время я катаюсь по неблагополучной части Города, поглядывая в зеркало заднего вида. Наконец выбираюсь боковыми улочками на федеральную автотрассу и, убедившись, что слежки за мной нет, направляюсь на юг. На пятьдесят второй миле от Города вижу рекламный щит доктора Ву на другой стороне дороги. Как и говорил Свэнгер, он большой и стоит на краю кукурузного поля. Рядом с рекламным обещанием изображено крупное глуповатое лицо доктора — он словно разглядывает машины, направляющиеся на север. На следующем съезде с шоссе я разворачиваюсь, проезжаю четыре мили и останавливаюсь возле щита. Мимо с ревом проносятся грузовики, заставляя мой маленький «субару» буквально подпрыгивать на месте. Вдоль обочины прорыта канава, заросшая сорняками и заваленная мусором, а за ней тянется ограда из металлической сетки с плетями вьющихся растений. Между оградой и кукурузным полем проходит покрытая гравием дорога. Фермер, которому принадлежит участок, вырезал узкий прямоугольник земли и сдал в аренду компании, владеющей рекламными щитами. В центре участка четыре большие металлические опоры держат рекламный щит. Вокруг все поросло сорняками и валяется мусор, тянутся вверх несколько случайно уцелевших стеблей кукурузы. А над всем этим доктор Ву с улыбкой взирает на проезжающие машины, предлагая свои услуги. Лично я бы ни за что не доверил ему свои половые железы.

Хотя у меня и нет соответствующего опыта, мне кажется, что под покровом темноты тут можно запросто остановиться, вырыть могилу, перетащить в нее тело, засыпать и забросать сверху мусором. А потом просто подождать, пока со сменой времен года земля осядет и со стороны место будет выглядеть нетронутым.

Но зачем выбирать место, расположенное так близко к федеральной автотрассе, по которой ежедневно проезжают двадцать тысяч машин? Понятия не имею. Впрочем, я пытаюсь уразуметь, что творится в голове больного психа. Наверное, срабатывает принцип, согласно которому лучший способ спрятать — это оставить на самом виду. А в три ночи тут наверняка ездят редко.

Я смотрю на сорняки под щитом, думаю о родных Джилианы Кемп и проклинаю день, когда встретил Арча Свэнгера.

13

Через два дня, когда я нахожусь по делам в Старом суде, приходит эсэмэска от детектива Риардона. В ней говорится, что мы должны встретиться, и как можно скорее. Дело срочное. Через час Напарник высаживает меня возле департамента полиции, и я быстро направляюсь в тесный и душный кабинет Риардона. Никакого приветствия и никаких рукопожатий. Правда, я на это и не рассчитывал.

— Есть минутка? — буркает он.

— Я же приехал, — отвечаю я.

— Садись.

Сесть можно только на обтянутую кожей пыльную скамью, заваленную папками. Бросив на нее взгляд, я отказываюсь:

— Постою.

— Дело твое. Ты знаешь, где Свэнгер?

— Нет, понятия не имею. Я думал, что он у вас под колпаком.

— Был, но сумел ускользнуть. Уже неделю никаких следов, ничего. Испарился. — Он опускается на деревянный вращающийся стул и кладет обе ноги на стол. — Ты по-прежнему его адвокат?

— Нет. Когда он меня нанял, всучил фальшивый чек. Наш контракт недействителен.

На его губах появляется усмешка: