Читаем Вне правил полностью

Я выезжаю из Города в одиночестве. Во время нашего последнего разговора со Свэнгером примерно час назад он велел мне не брать своего «головореза» и сесть за руль самому. И еще сказал ехать не на моем новеньком крутом фургоне, а на чем-нибудь другом. Я объяснил, что другого транспорта мне сейчас не найти, а все прокаты машин еще закрыты. Так что, кроме как на фургоне, ехать мне не на чем.

Я стараюсь не думать о том, что он за мной следит. Он знал, что мы с Напарником взяли напрокат фургон. Теперь ему известно, что у меня новые колеса. Просто удивительно: он проводит в Городе достаточно времени, чтобы все это знать, а полиция его никак не обнаружит. Думаю, получив деньги, он исчезнет окончательно, что само по себе совсем неплохо.

Как мы и договаривались, я звоню ему, когда выезжаю из Города по южному объезду магистрали, связывающей штаты. Его инструкции предельно точны: проехать сто шестнадцать миль на юг до съезда 184, а затем двигаться на восток по шоссе номер 63 до городка под названием Джоубс. По дороге я напоминаю себе, что через несколько часов у меня начинается суд. Или его действительно не будет? Если судья Фэбиноу и правда в деле, то как сложится день дальше?

Я понятия не имею, как организовано наблюдение за мной, но не сомневаюсь, что оно весьма плотное. Я не задавал никаких вопросов, да и времени на это не было, но точно знаю, что Рой Кемп и его подручные мобилизовали все мыслимые возможности. В фургоне установлены два микрофона, а в задний бампер вмонтировано следящее устройство. Я дал согласие на прослушивание своего телефона, но только на несколько часов. Не сомневаюсь, что этот городок, Джоубс, уже под наблюдением. Не удивлюсь, если в воздухе барражирует один или два вертолета. Я не испытываю страха — Свэнгеру незачем причинять мне вред, — но мои нервы все равно на пределе.

Купюры немеченые, и отследить их невозможно. Полицию не волнует, можно ли будет их вернуть: копам нужна только девушка. И они понимают, что Свэнгер достаточно умен, чтобы заметить слежку.

Джоубс — городишко с населением в три тысячи человек. Проехав заправку «Шелл» на окраине, я звоню Свэнгеру, как мы и договаривались.

— Оставайся на линии, — говорит он, — и поверни налево за автомойкой.

Я сворачиваю налево и оказываюсь на темной улице с мощеной дорогой и несколькими старыми домами по обеим сторонам.

— Ты клянешься, что деньги при тебе, Радд? — спрашивает он.

— Клянусь.

— Поверни направо и пересеки железнодорожное полотно.

Я делаю, как велено, потом поступает новая команда:

— Теперь поверни направо на первую улицу. У нее нет названия. Остановись на первом знаке «Стоп» и жди.

Едва я останавливаюсь, как из темноты выныривает человек и берется за ручку дверцы. Я нажимаю кнопку, чтобы разблокировать замок, и Свэнгер тут же запрыгивает в салон и показывает налево:

— Поезжай туда, да потихоньку. Мы возвращаемся на автостраду.

— Рад тебя снова видеть, Арч.

На голове у него черная бандана, закрывающая брови и уши. Все остальное тоже черное: от платка вокруг шеи до армейских ботинок. Я чуть не спрашиваю его, где он отсиживался, но потом передумываю — какая разница?

— Где деньги? — спрашивает он.

Я киваю через плечо, и он хватает пакет, открывает сигарную коробку и начинает пересчитывать деньги под лучом крошечного фонарика-брелока. Потом на секунду поднимает голову, говорит, чтобы я повернул направо, и продолжает прерванное занятие. Когда мы выезжаем из города, он удовлетворенно выдыхает и смотрит на меня с глупой улыбкой.

— Все точно, — сообщает он.

— А ты во мне сомневался?

— Черт возьми, Радд, а как же! Пива хочешь? — спрашивает он, показывая на заправку «Шелл».

— Нет, в полшестого утра я обычно не пью пива.

— Лучшее время для этого. Тормози.

Он входит внутрь, оставив деньги в машине. Долго выбирает пакет чипсов к упаковке пива из шести банок и неторопливо возвращается в фургон, как будто никуда не спешит. Когда мы снова трогаемся, он выдергивает из упаковки одну банку, открывает ее и, сделав большой хлюпающий глоток, вскрывает пакет с чипсами.

— Куда мы едем, Арч? — спрашиваю я, начиная злиться.

— Выезжай на федеральную автостраду и двигайся на юг. Знаешь, Радд, а этот фургон пахнет свежей краской. Прежний мне нравился больше. — Он отправляет в рот пригоршню чипсов и запивает их пивом.

— Мне жаль. И не сори тут, ладно? Напарник сильно расстроится, если найдет в салоне крошки.

— Твой головорез?

— Ты знаешь, кто он.

Мы на шоссе номер 63, на улице по-прежнему темно и пустынно. Никакого намека на рассвет. Я посматриваю по сторонам, надеясь, что замечу какие-то признаки слежки, но ребята знают свое дело. Они или сзади, или наверху, или ждут на автостраде. Хотя есть ли для меня разница? Я же самый обычный адвокат.

Он достает из нагрудного кармана рубашки маленький телефон и показывает мне.

— Хочу, чтобы ты знал, Радд. Если я увижу, услышу или просто учую копа, то нажму всего одну кнопку, и с девушкой случится нечто очень нехорошее. Ты меня понял?