Читаем Властелин Севера полностью

Беокка, разумеется, решил, что присутствующих заставило замолчать его красноречие. Он закончил свою речь тем, что отвесил Гутреду низкий поклон, а затем вручил ему подарки от Альфреда. Во-первых, книгу – Альфред утверждал, будто сам перевел ее с латыни на английский, и вполне возможно, что так оно и было. С поклоном вручая королю тяжелый том в украшенной драгоценностями обложке, Беокка сказал, что там полно христианских назиданий. Гутред повернул книгу вверх ногами, разобрался, как расстегивать замок на обложке, посмотрел на перевернутую страницу и заявил, что это самый ценный подарок, который он когда-либо получал. То же самое он сказал о втором подарке – мече. Меч и впрямь был хорош: франкский клинок, серебряная рукоять, а головка эфеса была сделана из большого, чистой воды кристалла. Последний из даров, без сомнения, был самым драгоценным – рака из чистейшего золота, украшенная яркими гранатами. В ней хранились волоски из бороды святого Августина Контварабургского. Даже на аббата Эадреда, стража самого святого трупа Нортумбрии, подарок произвел впечатление: он так и подался вперед, чтобы прикоснуться к сверкающему золоту.

– Король Альфред вложил в свои дары особый смысл, – сказал Беокка.

– Давай покороче, – пробормотал я, и Гизела сжала мою руку.

– Я был бы безмерно рад услышать это послание, – вежливо проговорил Гутред.

– Книга означает учение, – сказал Беокка, – потому что христианский король должен быть просвещенным, в отличие от невежественных варваров. Меч – инструмент, с помощью которого мы защищаем учение и Царство Божие на земле, а кристалл на эфесе символизирует внутреннее зрение, позволяющее нам понимать волю нашего Спасителя. A волосы из бороды святого Августина, мой господин, напоминают нам, что без Бога мы ничто и без Святой церкви подобны мякине на ветру. И Альфред Уэссекский от души желает тебе, мой господин, долгой и благочестивой жизни, он надеется, что ты будешь по-христиански управлять просвещенным королевством, и да минуют тебя всяческие опасности.

Гутред произнес в ответ благодарственную речь, однако закончил ее жалобным вопросом:

– Альфред Уэссекский пошлет Нортумбрии помощь?

– Помощь? – переспросил Беокка, не уверенный, как на это лучше ответить.

– Мне нужны копейщики, – пояснил Гутред.

Интересно, неужели он рассчитывал продержаться под натиском Кьяртана достаточно долго, чтобы до него успели добраться какие-нибудь войска восточных саксов.

– Альфред послал меня, – ответил я за Беокку.

– Убийца! – возмущенно воскликнул, словно выплюнув это слово, Хротверд.

Он все никак не мог угомониться.

– Альфред послал меня, – повторил я.

Я выпустил руку Гизелы и присоединился к Беокке и Стеапе, которые стояли посреди нефа. Беокка слегка взмахнул руками, словно веля мне отойти и вести себя тихо, но Гутред желал услышать, что я скажу.

– Больше двух лет тому назад, – напомнил я ему, – Эльфрик сделался твоим союзником, и ценой этого союза стала моя свобода. Он пообещал тебе уничтожить Дунхолм, однако я слышал, что Дунхолм все еще стоит и Кьяртан все еще жив. Вот и верь после этого обещаниям Эльфрика. Однако, похоже, ты до сих пор думаешь, что, если отдаешь ему сестру и мертвого святого, Эльфрик будет сражаться на твоей стороне. Да?

– Убийца! – вновь прошипел Хротверд.

– Беббанбург находится в двух днях пути отсюда, – продолжал я, – и, чтобы туда попасть, тебе понадобится помощь ярла Рагнара. Но ярл Рагнар – мой друг, а не твой. И он никогда меня не предавал.

Лицо Гутреда дернулось при упоминании о предательстве.

– Нам не нужны язычники-датчане, – прошипел Гутреду Хротверд. – Нам следует вновь посвятить себя Господу, мой король, здесь, в реке Иордан, и тогда Иисус проведет нас целыми и невредимыми через земли Кьяртана!

– Иордан? – спросил стоявший за моей спиной Рагнар. – Где это?

Я всегда думал, что река Иордан находится в Святой земле, но оказалось, что она здесь, в Нортумбрии.

– Река Свале, – прокричал Хротверд, словно обращаясь к сотням человек, – та самая река, где святой Паулинус крестил Эдвина, первого христианского короля нашей страны! Тысячи людей были крещены здесь! Это наша священная река! Наш Иордан! И если мы погрузим свои мечи и копья в Свале, Господь благословит их! Нас нельзя будет победить!

– Без ярла Рагнара Кьяртан разорвет вас на куски, – пренебрежительно бросил я Хротверду. – A ярл Рагнар, – я снова взглянул на Гутреда, – мой друг, а не твой.

Гутред взял жену за руку и, собрав всю свою храбрость, посмотрел мне в глаза.

– Что ты посоветуешь мне делать, господин Утред?

Мои враги – а их в тот день собралось в церкви очень много – заметили, что король назвал меня господином Утредом, и по толпе пробежал возмущенный ропот.

Я сделал шаг вперед и ответил:

– Все очень просто, мой господин.

Я и сам толком не знал, что собираюсь сказать, и тут вдруг меня осенило.

Три коварные пряхи решили надо мной подшутить, а может, удостоить судьбы такой же золотой, как и судьба Гутреда, потому что внезапно все и впрямь показалось мне очень простым.

Король выжидающе смотрел на меня.