Атланты вынырнули примерно в тридцати метрах от катеров и открыли беспорядочный огонь во весь белый свет. Судя по всему, чужаки освоили пока лишь теорию – знали, как зарядить и на что нажать, чтобы калаши выстрелили. Но как правильно держать автоматы и как прицеливаться, атланты не имели никакого понятия. В результате они, конечно, заставили катера броситься врассыпную, но вряд ли попали хоть в кого-то из охотников.

Так или иначе, атланты решили свою боевую задачу, а заодно помогли Семену. Катера охотников умчались в лабиринт затопленных улочек, атланты вновь нырнули, а Сёма подпрыгнул и вцепился в перекладину пожарной лестницы. Атланты, конечно, помогли, но кто знает, зачем они это сделали? Может, просто отогнали конкурентов и теперь плывут к Семену, чтобы отнять у него банку со «Зверобоем»?

«Фигушки! – Семен подтянулся и быстро вскарабкался по лестнице на уровень второго этажа. – Больше никаких финансовых потерь!»

Сёма поднялся ещё повыше, перевел дух и потянул носом. Запах похитителя и мешка с деньгами стал сильным и шел сверху. Вор затаился где-то на крыше. И, что удачно, на крыше именно той пятиэтажки, на которую карабкался Семен.

Удачным этот момент казался по двум причинам. Первая, очевидная – меньше телодвижений. Вторая – Сёма имел запас времени, чтобы вернуть рюкзак и в очередной раз ускользнуть из-под носа у противника. Нет, речь не об атлантах. К пятиэтажкам вдруг подрулили новые конкуренты. Профессор и его бойцы на двух КамАЗах.

«Ну вот почему вас принесло именно сюда?! – Семен зло сплюнул. – Чтоб вас атланты сожрали!»

Профессор и его «лаборанты» начали перебираться прямо из кунгов внутрь здания на другом краю комплекса, и, когда из машины выбрался последний боец, Семен удивленно хмыкнул. Последним оказался Егор Грачев! Что всё это может означать, Пасюк не понимал, как ни напрягал извилины.

«У Профессора в пятиэтажках припрятана заначка, как была у меня в магазине? При чем тут Грачев? Если Профессор отбил его у полиции, сделал это он осознанно, ради какой-то конкретной цели. Но чем Грачев может быть полезен этому дельцу? Органами? Вряд ли. Чем тогда? Знаниями? Связями?»

Семен почувствовал, что мысль движется в правильном русле.

«Связями! Только это не связи, а просто знакомства. Профессор ведь желает завладеть «Зверобоем», как сказали его подручные. Но поднять капсулу со дна могу только я. И Профессор об этом наверняка знает. Ведь он в курсе моих супергеройских способностей – после того, как я сбежал из колодца, он должен был об этом догадаться. Поэтому он запросто мог привлечь Егорку в качестве этакого эксперта-переговорщика… – Сёма уцепился за мысль и даже перестал карабкаться по лестнице. – Хм, так может быть, Профессор и купит у меня «Зверобой»? А что… интересный вариант! Сколько бы заломить?»

Сёма окинул задумчивым взглядом окрестности и вдруг понял, что «заломить» вряд ли получится. Судя по энтузиазму, с которым профессорские «лаборанты» двигались по внутренним лестницам соседнего здания и по переходам, Профессор рассчитывал заполучить «Зверобой» бесплатно. Максимум – с небольшими затратами на израсходованные патроны.

Аналогично мыслили, похоже, и атланты. Несколько десятков тварей карабкались, как и Семен, по пожарной лестнице, только на соседнее здание. На первый взгляд поступок нелогичный, но если задуматься – оправданный. Атланты отрезали профессорских, которым, чтобы попасть в здание, куда забирался Пасюк, предстояло пройти дом с тварями. Поведение атлантов по-прежнему не поддавалось осмыслению, но Семен больше этим не загружался. Помогают, значит, надо им. Точка.

Для полноты картины не хватало разве что сбежавших охотников. Семен обернулся и пошарил взглядом по окрестностям. Катеров он не увидел, но учуял запах. Охотники ушли недалеко и в любую минуту могли вернуться.

«Замечательно, – Семен расплылся в довольной улыбке. – Больше публики – меньше следов, а значит, загадочнее легенда о новом супергерое. Запоминайте первую историю, дамы и господа: Неуловимый Сэм и золото Энфилда».

9

Зверобой

Накрывшая город волна, конечно, не могла сравниться с цунами после падения Эпиорниса. Собственно, и волны-то никакой не было. Просто резко поднялся уровень воды, и в Энфилд пришло стремительное наводнение. Но недооценивать мощь и коварство стихии всё равно не следовало. Особенно коварство.

Группа майора Баева едва успела покинуть плотину, когда заграждение уступило натиску воды и частично обрушилось сразу в трех местах. Это была демонстрация мощи стихии. А коварство она проявила, когда зашла с тыла, по руслам ручьев и канавам, а также прокралась по коммуникациям. В результате в считаные минуты все низины оказались под водой и военные застряли на трех возвышенностях.

С вершины одного из холмов начиналась дорога на север, поэтому все, кто успел добежать до этой высоты, оказались в самом выигрышном положении. Вода плескалась вокруг холма, но «дорогу жизни» не перехлестывала. То есть людям грозила атака тварей, но при этом имелся путь отхода.