Читаем Владыка полностью

Конечно, все намеченные договорённости обретут позже какую–то формальную запись чернилами, но истинная их суть останется для непосвящённых тайной. Главными гарантами должны стать не печати на бумагах, а воля лидеров двух государств. Обе стороны понимали, что всё будет держаться на честном слове абсолютных владык держав, которых может сместить с поста только смерть. Формально, руководителей стран выбирает народ, но вот мировая практика сильно отличается от идиллической теории. Во всяком случае, на ближайшее десятилетие смена власти в обеих странах маловероятна, разумеется, если не учитывать фактор внешней агрессии. Вот для устранения военных рисков и затевалась встреча в верхах. Вначале Алексей решил переговорить со Сталиным с глазу на глаз.

— Здравствуйте, товарищ Сталин, — шагнув в кремлёвский кабинет, приветствовал вождя пролетариата Алексей.

— Здравствуйте, товарищ Ронин, — вышел из–за стола навстречу дорогому гостю хозяин и, лукаво прищурившись, уточнил: — Вас же можно так называть, учитывая старое революционное прошлое?

— Вообще–то, у меня много обличий, — пожимая протянутую ладонь, усмехнулся бывший ярый анархист и честно покаялся: — Сегодня я специально комиссарскую кожанку одел, чтобы никого в Кремле не смущать.

— Ну уж меня, товарищ Ронин, внешним видом не обманете, — шутливо погрозил пальцем Сталин и жестом руки пригласил расположиться на кожаном диване у стены. Тем самым организуя обстановку для доверительной беседы. — Слышал, опять на дирижабле прилетели. Как вам, из–под небес, смотрелись перемены в стране?

— Впечатляют достижения, особенно в индустриальном плане, — кивнул парагваец.

— Эх, для увеличения темпов индустриализации техники маловато, — посетовал Сталин. — Полностью обеспечить потребности своими силами не можем, а для закупки оборудования за рубежом не хватает денег. Алтайская золотоносная жила–то иссякает, приходится продавать в Европу пшеницу. Благо сельское хозяйство уже встало на ноги.

Алексей понял намёк вождя, что теперь Союз не нуждается в дорогом заморском продовольствии, и покупать парагвайскую технику золотишка у большевиков тоже нет.

— Ну да что я вам, товарищ Ронин, рассказываю, — махнул ладонью вождь. — Парагвайская разведка и так лучше всех осведомлена о событиях в мире. А вот мы плохо представляем обстановку в Южной Америке. Что за тёмные силы там копятся в соседней с вами Боливии? Может, ещё как–то обойдётся без военного конфликта?

— После того, как американским и английским нефтяным компаниям стало известно о богатых месторождениях в Гран–Чако, войны не избежать, — отрицательно покачал головой Алексей. — Завистливые буржуи накачивают Боливию оружием, и оплачивают содержание трёхсоттысячной армии. Всё верховное командование укомплектовано иностранными офицерами: сто двадцать немецких отставников и более сотни чилийских наёмников. В общей сложности за рубежом закуплено: полсотни боевых самолётов, двести тяжёлых орудий, до тысячи пулемётов, куча танков и броневиков. К тому же, Боливия превосходит Парагвай по численности населения, а значит и по дополнительному мобилизационному ресурсу.

— А что может в настоящий момент противопоставить армия Парагвая?

— Официально в стране менее десяти тысяч регулярного войска на два с половиной миллиона населения, что, впрочем, втрое больше, чем было десять лет назад. Из самолётов всего лишь в наличии десяток стареньких аэропланов. Пушки времён прошлого века. Броневиков и танков нет совсем.

— Но ведь есть ещё оружие казаков и бывших белогвардейцев? — уличил атамана казачьего войска в лукавстве Сталин.

— В анархистской республике весь народ встанет на защиту родины, — гордо вскинув голову, пафосно заявил владыка Парагвая. — И в первых рядах будет стотысячное казачье ополчение и пятьдесят тысяч пограничной стражи, укомплектованной индейцами. В боевой строй встанет многотысячный автопарк легковушек и грузовичков, а также сотни гражданских автожиров. Вот только скорострельных пулемётов для вооружения авиатачанок у нас нет.

— Ну, с пулемётами мы казакам поможем, — понял, к чему клонит атаман, Сталин. — Сколько нужно?

— Пятьсот ШКАСов хватит, — попросил Алексей и сразу же дополнил заявку: — Ещё бы сотню лёгких противотанковых тридцати семи миллиметровых орудий, да щедрый комплект боеприпасов к пушкам и пулемётам.

— Что так скромненько? — недоверчиво поднял бровь Сталин. — Почему самолётов и танков не просишь?

— Для войны в кустарниковых зарослях западного Гран–Чако танки не приспособлены, а с авиацией противника казаки разберутся маневренными автожирами.

— Советские военные специалисты не высокого мнения о боевых возможностях автожиров, — скривил губы Сталин. — И вообще, зачем цепляться за технические химеры начала века? Дирижабли, парусные суда, паровые электрогенераторы и электромобили — пережитки прошлой эпохи. Мировой прогресс пошёл иным путём.

— Парагвай удачно занял пустующую нишу, — указал Алексей. — Наши паровички и электромобили очень хороши в труднодоступных районах. Ведь в лесах Сибири пароэлектрические агрегаты отлично себя зарекомендовали.