Читаем Влад Лиsтьев полностью

Лена вскипает: «Вот автор и раскрылся. Нет у него профильного образования, „гимназиев не кончали“, поэтому г-н Леонтьев развивает тему о бесполезности журфаков. Почему люди, которые окончили вузы по специальностям, весьма далеким от журналистики, не только дают публично свое „компетентное“ заключение по вопросам образования на журфаке, но и работают по специальности, существование которой сами же и отрицают? Действительно, прекрасный способ: таким, как они, „вон из профессии“ не скажешь. И вообще сейчас профессионалы не в моде, не в тренде… В прежние времена, чтобы быть хорошим журналистом, нужно было иметь литературный талант и определенные убеждения. Нужно было служить делу, а не прислуживать. Амбиции же, особенно ни на чем не основанные, стремительно растут у кухарок и швейцаров!»

Леонтьев заметил: «Журнализм является квинтэссенцией интеллигентского сознания, построенного на самомнении, презумпции морального превосходства и примитивных мировоззренческих клише. Журналистика, вот эта самая — „с большой буквы“, бьющая себя в грудь, воображающая себя совестью нации, — это и есть главный носитель и дистрибьютор клишированного сознания, свойственного современному цивилизованному обществу».

Отвечает Карпова: «Однако г-н Л. не считает себя „совестью нации“. Как и интеллигентом. Собственно, от журналистики он тоже открещивается. Кто же это вещает нам по вечерам из телевизора, расширяя наше „клишированное сознание“?! Кто же Вы, мистер Леонтьев? Новый Капитан „Однако“ Очевидность? Родоначальник однако-журналистики?»

Михаил категоричен: «Журналисты — примерно такая же пакость, как „молодежь“. Все беды, катастрофы и катаклизмы — от молодежи. И в принципе единственным смыслом жизнедеятельности „молодежи“ является пережить этот период, не покалечив себя, окружающих и государство. Поскольку „Взгляд“ был продукцией как раз молодежной редакции, это также имеет к нему отношение».

Карпова возмущается: «Это мое самое любимое место в предисловии! Еще Монтень заметил: старость любит давать хорошие советы, потому что уже не в силах давать дурные примеры. Зоологическая ненависть к живому — к молодым, к профессиональным, к коллегам — свойственна мертвому, которое в свою могилу живое пытается затянуть и там сжать в ледяных объятиях. Дряблость души, не позволяющая принимать и познавать новое, — признак опасного душевного состояния. Как говорят нынешние молодые, „родился мертвым“, и это уже не определение, а диагноз. Неспособность принимать живое, задорное, шумное, озорное, да и просто новое — признак преждевременной душевной старости. От этого пассажа пахнет тленом и затхлостью. А „Взгляд“ — дело молодых. Не забывайте об этом, г-н Леонтьев. И та молодая шпана, что сотрет вас с лица Земли, уже дышит вам в поседевший до срока затылок.

В интернете очень модным занятием является троллинг. Так вот, г-н Леонтьев изобрел нечто ему обратное — эльфинг. Когда нахваливающий буквально удушает жертву насмерть в своей преданности и восторгах. От такого „эльфинга“ становится неловко всем: и самому объекту страсти нежной, и тем, кто за этим наблюдает со стороны».

Ну что сказать? Миша — мастер эпатажа. Лена же, как и многие экс-коллеги, не готова мириться с методикой вивисекции. Для нее проект, коим все горели некогда, остается священной коровой. Она не готова признавать полутонов. Я, рискую подставиться, все же признаюсь: мне посыл Леонтьева понятен, я понимаю и его надрыв, и его, как принято сейчас говорить, message. Что касается Карповой, то меня всегда огорчал сакраментальный «переход на личность». Это было (может, и осталось) характерно для Саши Любимова, но ни Влад, ни Дмитрий Захаров в этом замечены не были.

Там же, в ее ЖЖ, я ответил Карповой:

«Лена, как-то странно было бы, если предисловие исполнял бы один из персонажей. Мне близка позиция Миши, он блистательный публицист и не боится быть неполиткорретным. И я, право, считаю: предисловие и рецензии на книгу — поэтичней и резче, чем сам манускрипт:) Я ведь много не отважился рассказать, чтобы не попалить того же Люби, которому реально обязан и коим восхищаюсь по сей день… ты из молодежки и журфак закончила: поэтому не можешь быть беспристрастна. мне потому и нужен был чел со стороны для предисловия, не обремененный корпоративными пристрастиями».

Поначалу мне казалось, что работа над TVlution будет приятной мемуаристикой, а на деле оказалось, повторю, что люди, которые работали на этом проекте, сейчас настолько ненавидят друг друга, что придется поссориться со всеми. Точки зрения на одни те же факты и сюжеты у разных участников оказались диаметрально противоположными.

Перейти на страницу:

Похожие книги

100 мифов о Берии. Вдохновитель репрессий или талантливый организатор? 1917-1941
100 мифов о Берии. Вдохновитель репрессий или талантливый организатор? 1917-1941

Само имя — БЕРИЯ — до сих пор воспринимается в общественном сознании России как особый символ-синоним жестокого, кровавого монстра, только и способного что на самые злодейские преступления. Все убеждены в том, что это был только кровавый палач и злобный интриган, нанесший колоссальный ущерб СССР. Но так ли это? Насколько обоснованна такая, фактически монопольно господствующая в общественном сознании точка зрения? Как сложился столь негативный образ человека, который всю свою сознательную жизнь посвятил созданию и укреплению СССР, результатами деятельности которого Россия пользуется до сих пор?Ответы на эти и многие другие вопросы, связанные с жизнью и деятельностью Лаврентия Павловича Берии, читатели найдут в состоящем из двух книг новом проекте известного историка Арсена Мартиросяна — «100 мифов о Берии».В первой книге охватывается период жизни и деятельности Л.П. Берии с 1917 по 1941 год, во второй книге «От славы к проклятиям» — с 22 июня 1941 года по 26 июня 1953 года.

Арсен Беникович Мартиросян

Биографии и Мемуары / Политика / Образование и наука / Документальное
Афганистан. Честь имею!
Афганистан. Честь имею!

Новая книга доктора технических и кандидата военных наук полковника С.В.Баленко посвящена судьбам легендарных воинов — героев спецназа ГРУ.Одной из важных вех в истории спецназа ГРУ стала Афганская война, которая унесла жизни многих тысяч советских солдат. Отряды спецназовцев самоотверженно действовали в тылу врага, осуществляли разведку, в случае необходимости уничтожали командные пункты, ракетные установки, нарушали связь и энергоснабжение, разрушали транспортные коммуникации противника — выполняли самые сложные и опасные задания советского командования. Вначале это были отдельные отряды, а ближе к концу войны их объединили в две бригады, которые для конспирации назывались отдельными мотострелковыми батальонами.В этой книге рассказано о героях‑спецназовцах, которым не суждено было живыми вернуться на Родину. Но на ее страницах они предстают перед нами как живые. Мы можем всмотреться в их лица, прочесть письма, которые они писали родным, узнать о беспримерных подвигах, которые они совершили во имя своего воинского долга перед Родиной…

Сергей Викторович Баленко

Биографии и Мемуары