Читаем Вице-адмирал Нельсон полностью

Завязался яростный бой, продолжавшийся два дня. Силы были примерно равными, и противники долго не могли одолеть друг друга. Что касается французов, то покинуть поле боя им мешал слабый ветер. Вскоре Нельсон прицельным огнем лишил французский линкор возможности двигаться, а затем с «Сайра» заметили приближающуюся английскую эскадру и капитан посчитал за лучшее спустить флаг. Сдавшийся неприятельский корабль принял лейтенант Эндрюс, брат несостоявшейся любви Нельсона в Сент-Омере.

Захват «Сайра» стал первой серьезной морской победой Нельсона, которой он по праву мог гордиться.

Вскоре в Генуэзском заливе был обнаружен и весь остальной французский флот. Завидев англичан, французы сочли за лучшее развернуться и уйти в Тулон. Нельсон, несмотря на большие повреждения «Агамемнона», уговаривал Готхэма пуститься в погоню и попытаться разбить неприятельский флот, но вице-адмирал рисковать был не намерен.

– Удовлетворимся тем, что есть! Мы и так добились успеха!

Раздосадованный Нельсон ни с чем вернулся на свой корабль. Субординация не позволяла ему критиковать действия старшего офицера, а потому все свои чувства он выплеснул на бумагу в виде очередного письма к Фанни: «Даже если бы мы взяли в плен десять судов и позволили бы одиннадцатому удрать, имея возможность захватить в плен и его, – даже тогда я не сказал бы, что мы добились успеха… Если бы битва продлилась – это был бы день, какого еще нет в анналах британской истории. Я хочу стать адмиралом и командовать английским флотом. Очень скоро я либо многого добьюсь, либо погибну. Характер мой таков, что я не признаю медлительных и пассивных мер. Ручаюсь, что если бы 14-го числа я командовал баталией, то либо весь французский флот признал бы мою победу, либо я попал бы в немыслимую ситуацию».

Запомним эту фразу, ибо в ней заключена вся философия Нельсона-флотоводца, таланту которого суждено будет проявиться в полную силу уже совсем скоро.

О своем командующем вице-адмирале Готхэме в узком кругу капитанов Нельсон говорил следующее:

– По своей природе он совершенно не годится для командования эскадрой! Для этого нужен человек куда более решительный и деятельный!

Впрочем, несмотря на так и несостоявшееся поражение французской эскадры, Готхэм поставленную перед ним задачу выполнил полностью: французы ни с чем вернулись в Тулон и Корсика была сохранена.

В июле 1795 года адмирал Мартин еще раз вывел свою эскадру в море. У Гиерских островов она была обнаружена 23 линейными кораблями адмирала Готама. Последовала отчаянная погоня, в ходе которой французский авангард с честью выдержал натиск англичан, потеряв всего один корабль.

Почти весь 1795 год Нельсон занимался конвоированием английских торговых судов и блокадой различных средиземноморских портов. И то и другое он считал скучным и тягостным делом и мечтал о решающих схватках.

В это время имя Нельсона оказалось на страницах английских газет в связи с достаточно серьезным скандалом. Дело в том, что, когда «Агамемнон» осуществлял блокаду контрабандных грузов около Генуи, Австрия проводила наступательную операцию против французов в Северной Италии. Наступление провалилось и австрийские войска бежали, бросая оружие и обозы. И тогда австрийские офицеры обвинили в своем поражении… Нельсона, заявив, что он за взятку разрешил выгрузить боеприпасы для французских войск под Генуей. Журналисты подхватили сплетню, и Нельсону пришлось пережить немало неприятных минут, пока наконец страсти вокруг его имени улеглись. Что касается командования флота, то оно к версии австрийцев отнеслось весьма скептически и никаких последствий этот скандал для капитана «Агамемнона» не имел.

К концу года выяснилось, что, несмотря на недавний ремонт, корпус «Агамемнона» может рассыпаться прямо в море. Чтобы обшивка окончательно не разошлась, пришлось в срочном порядке протягивать под днищем тросы и скреплять ими расшатанный остов. Мера эта была, разумеется, временная. «Агамемнон» нуждался в серьезном и длительном ремонте.

В это время адмирал Худ отправляется в Лондон, где требует от Адмиралтейства немедленного увеличения своего флота в связи с важностью происходящих на его театре военных действий событий. Лорды Адмиралтейства отказывают, ссылаясь на необходимость комплектования флота Северного моря и поддержания военного присутствия в Вест– и Ост-Индии. Разгневанный Худ подает в отставку, которая немедленно принимается. Средиземноморские капитаны, уважавшие своего начальника, были возмущены.

– Жалкое Адмиралтейство! – дал себе волю в узком кругу единомышленников и Нельсон. – Они изгнали лучшего из морских офицеров, чем оказали неоценимую услугу французам!

* * *