Читаем Вице-адмирал Нельсон полностью

Если бы сейчас, на фоне неудачи Сиднея Смита, он добился хоть самой малой победы, то с авторитетом зазнайки было бы покончено навсегда. Но ведь и у него самого дела обстоят не лучше: переговоры с беем провалены, и как отнесется к этому командующий, еще совершенно неизвестно.

От ярости и бессилия Нельсон решил было напасть на находившиеся в порту французские суда, и в первую очередь на республиканский линейный корабль, наплевав при этом на все международные нормы. Однако французы, увидев приготовления на английском линкоре, сразу же обратились за защитой к бею, и тот пригрозил зарвавшемуся капитану, что не только немедленно откроет по нему огонь, но и будет считать Англию своим врагом. Такая перспектива Нельсону совсем не улыбалась, ибо грозила не только снятием с должности, но и судом. Пришлось убираться из Тулона несолоно хлебавши.

Из записи в дневнике Нельсона: «Настроение у меня упало. Если бы я был коммодором, я бы атаковал сразу, потому что наверняка взял бы в плен всех французов без всяких переговоров и даже после переговоров захватил бы французский военный корабль. Я думаю, англичане никогда не осудили бы офицера за то, что он взял в плен французский линейный корабль».

Потерпев неудачу в Тулоне, адмирал Худ перегруппировал свои силы. Часть средиземноморского флота так и осталась у Тулона, осуществляя теперь блокаду города и находящегося там французского флота. Несколько отрядов были разосланы в разные стороны для перехвата французских судов. Небольшой отряд был доверен и Нельсону: несколько малых судов во главе с его «Агамемноном». Худ настойчиво давал своему любимцу еще один шанс отличиться.

К этому времени Нельсон все еще не имел никакой боевой славы, однако приобрел репутацию способного и инициативного капитана.

* * *

Уже после Тулона французские легкие корабли преподали англичанам несколько уроков мужества и стойкости. Сначала фрегат «Симилланте» выдержал без всякого ущерба для себя двухчасовый бой с английским фрегатом «Венус». Отважно сражался с более сильным противником дозорный фрегат «Клеопатра», а фрегат «Эмбаскад» обратил в бегство английский фрегат «Бостон». Изумление вызвала победа, одержанная на глазах жителей американского Нью-Йорка храбрым капитаном «Урании» Тартю, заставившим спустить флаг превосходящий по количеству орудий английский фрегат «Тайме». Все это показывало, что французы по-прежнему храбры и готовы отважно драться за славу своего Отечества.

А во Франции сложилась критическая ситуация – она буквально погибала от голода. Неурожаи нескольких лет подряд и революция поставили еще недавно одно из самых благополучных государств на грань катастрофы. Все надежды были на огромный караван судов с хлебом, закупленным в союзной Северной Америке. Этот караван должен был прорываться под охраной всего двух линейных кораблей и четырех фрегатов. Британское Адмиралтейство было прекрасно осведомлено не только о предполагаемом маршруте каравана, но и о сроках его отплытия из Америки. Для перехвата каравана была послана эскадра в 26 линейных кораблей под командованием опытнейшего адмирала Гоу.

В свою очередь, французы тоже старались сделать все возможное для благополучного прихода столь необходимого каравана. В Бресте была сформирована эскадра в 27 линейных кораблей под командованием недавнего лейтенанта королевского флота, а теперь контр-адмирала революционного флота Вилларе Жуаеза. В свое время Жуаез храбро сражался в Ост-Индии у адмирала Сюфрена, но опыта у него, разумеется, было еще недостаточно, особенно в сравнении с адмиралом Гоу. Дух матросов и офицеров французской эскадры был высок, так как все, от командующего до юнги, понимали всю важность предстоящей им задачи.