Дежурный врач. Ему плохо? «ТК» не подействовал?

Сестра. «ТК» подействовал. Синчук чувствует себя бодро. Но из клиники не уходит. Говорит: «Сначала докажу». А кому и что докажет — неизвестно. Говорит: «Дома дела найдутся, а тут никто не мешает. Успею домой». Сидит на постели, бумагу марает. А в приемной ожидают дочь с внучкой…

Палата. На кровати у окна — сердитый старик. Брови насуплены, взгляд не отрывается от исписанного листика бумаги.

Кибернетик подходит к экрану, вращает ручку настройки. С интересом смотрит на листок.

Медик. Вы знаете, что он делает?

Кибернетик. Он пытается доказать знаменитую теорему Ферма. Исходит из какой-то своей теории. Оригинальные рассуждения… (Смотрит на старика с уважением.) Пожалуй, этот человек всю жизнь занимался не своим делом. Из него мог бы получиться большой математик. (Что-то вспоминает, глаза насмешливо загораются, говорит Медику.) А ведь интегратор мог бы ему понадобиться!

V. Полоний Евгеньевич Гуц, профессор химии

Теперь Кибернетик решил играть наверняка. Поговорив с родственниками, сослуживцами и знакомыми Гуца, он решил еще раз побеседовать и с Полонием Евгеньевичем. К этому времени у него успело сложиться мнение о Гуце. Профессор представлялся ему настоящим человеком науки, для которого дело прежде всего. И в то же время Полоний Евгеньевич любил и умел веселиться, путешествовать, был неплохим спортсменом. В самых трудных ситуациях он сохранял чувство юмора.

Кибернетик входит в палату. Полоний Евгеньевич, предупрежденный о его приходе, закрывает книгу и садится на постели. После нескольких ничего не значащих фраз Кибернетик переходит к главному:

— Мне сказали, что вы не хотели ложиться в больницу, прежде чем окончите какую-то работу…

Профессор заметно оживляется:

— Видите ли, мы завершали создание нового вида пластмассы, который очень пригодился бы при хирургических операциях. В частности, из такой пластмассы можно было бы делать кровеносные сосуды. Сами понимаете, что для нее пористость — определяющий фактор. А у меня имелись сомнения. Проверить их нужно было совместно с физиологами. Я уже начал переговоры с Институтом физиологии и хотел довести их до конца.

Кибернетик. Понимаю вас. Однажды я попал точно в такую же ситуацию. Но что поделаешь? Когда приходится отрываться от работы для лечения, всегда найдется такое дело, которое во что бы то ни стало нужно завершить…

— И не только дело, — улыбается Полоний Евгеньевич. — Вот у меня в прошлом году пропал отпуск…

— Но, насколько я знаю, вы провели его в санатории, — возражает Кибернетик.

— Именно в санатории. А там не отдыхают, а лечатся. К тому же вдали от моря. Нет, это не по мне. бот бы палатку, акваланг, ружье для подводной охоты и пустынный берег! Думал, в этом году наверстаю…

Глаза Полония Евгеньевича на миг становятся грустными. Но затем в них снова зажигаются задорные искорки. Он говорит:

— Впрочем, вы правы. Чтобы завершить все дела, каждому из нас потребовалась бы вечность…

Прогноз Кибернетика:

Со вкусом обставленная комната в квартире профессора Гуца. Полулежа на тахте, Полоний Евгеньевич говорит жене:

— Очень прошу, зайди к Тамаре Петровне. Пусть пожалуют сегодня вечером с Вадимом.

Едва дверь за женой закрылась, Полоний Евгеньевич преображается. Его лицо принимает лукавое и задорное выражение. Он вскакивает с тахты, бросается на кухню. Из стенного шкафа достает банку с вишневым вареньем, поспешно снимает крышку, хватает ложку, жадно ест.

Кибернетик. Сошел с ума?

Медик. Сейчас все объяснится.

Голос дежурного врача. Обращается к Полонию Евгеньевичу:

— Я и не знал, что вы так любите варенье. Но прошу не забывать о своем диабете.

Полоний Евгеньевич вздрогнул, перестал есть. Его губы вымазаны вареньем. Но вот он понял, в чем дело.

— А, это вы, доктор?! Все наблюдаете? (Смеется.) Да, я люблю варенье. Это, можно сказать, моя «преступная» и неудовлетворенная страсть. В детстве за похищенную банку такого же вишневого меня строго наказали, попросту говоря — высекли. Потом — диабет, запреты ваших коллег. Разве поговорка о запретном плоде устарела? Могу же я хоть в последние часы поступать, как мне вздумается, не боясь диабета?

Голос дежурного врача:

— Приятного аппетита.

Медик выключает экран.

Медик: Ну, милейший, честно: признаете полное и безоговорочное поражение?

Кибернетик. Почему?

Медик (удивленно): Но разве того, что произошло, недостаточно? Разве это ничего не доказывает?

Кибернетик. Это доказывает только то, что я располагал недостаточной информацией об этих людях. Могу повторить все, что говорил в начале спора. Поведение личности можно рассчитать абсолютно точно, если располагать полной информацией о ней.